Кружок по интересам

Объявление

Наивно? Очень. «Наивно? Очень.» Проект Нелли Уваровой. Посетите интернет-магазин, в котором продаются неповторимые вещи, существующие в единственном экземпляре. Их авторы вложили в них всё свое умение и всю душу. Авторы этих работ - молодые люди с тяжелыми ограничениями жизнедеятельности. Подарите им немного своей доброты и тепла!!!

Добро пожаловать на форум!!!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Кружок по интересам » Фан-фики » Любимые фан-фики


Любимые фан-фики

Сообщений 31 страница 60 из 1000

31

Алена ха! написал(а):

А у меня не было ни компа ,ни ,соответственно интернета...Так жалею.

Было какое-то сумасшедшее время, на пару лет многие вообще из реала выпали, забросили работу, семью... Надеюсь, все потом туда благополучно вернулись...  8-) Прежде чем посмотреть очередную серию читали спойлеры Обезьяны (фантазии на тему Бетти-дурнушки), потом с нетерпением ждали вестей с Дальнего Востока (там смотрели сериал на несколько часов раньше), добрая душа в подробнях описывала каждую серию, и ее сразу начинали обсуждать, еще по посмотрев... Потом прогресс шагнул еще дальше, стали выкладывать свежие скриншоты, а в конце показа и отрывки из новой серии... Столько было предположений, кто сыграет Мишу, Надежду, какая песня будет в ресторане, и кто будет ее петь. Помню, посмотрев скриншоты, все боялись смотреть серию с избитым Ждановым...

0

32

Елена написал(а):

«Ну, Целуй её, Гриша, целуй!!!» (Звендик)

Ой, как здорово! А у Звендик есть еще фик про актеров, т.е. случайно "Красное платье. Дубль два" не про актеров?
http://fan-art-offorum.narod.ru/fanart/Fan-ArtTOP.html - есть фики Совёнок, говорят, что там про актеров, а я не знаю, в каких фиках, подскажите мне, пожалуйста.

0

33

Olgina написал(а):

случайно "Красное платье. Дубль два" не про актеров?

Нет,этот фик не про актёров,а про то как Жданов увёл Катю с её свадьбы с Мишей.А про актёров в фан-арте на НРКмании есть фик "Полустанок" Там Катя и Жданов
актёры.

0

34

Омуль написал(а):

Нет,этот фик не про актёров

Спасибо!

0

35

Елена написал(а):

Помню, посмотрев скриншоты, все боялись смотреть серию с избитым Ждановым...

А я эту серию тоже всегда прокручиваю.Такая жуткая окровавленная улыбчка..Триллер,однозначно! И жалко его ужасно.
Леночка ,я болела , поэтому не отвечала,а теперь почти здоровая и поэтому начну опять к тебе приставать.У тебя нет случайно фика Альки ,как пятиклассница или просто неграмотная школьница пишет на тему НРК.Я помню на женилке прочитала и плакала от смеха,но вот ведь дура,не догадалась скопировать.Может ты выложишь?

Отредактировано Алена ха! (01.02.2011 19:32)

0

36

Алена ха! написал(а):

фика Альки ,как пятиклассница или просто неграмотная школьница пишет на тему НРК.

Автор: Алька
Название: Очерк пятиклассницы

Мой любимый фрагмент из сериала про вторую ночь. (Очерк пятиклассницы.)

Когда Андрей привез Катю в квартиру Малиновского, вместе с ними наступил мой любимый момент в кино.

Сначала Кате не понравилось, но Андрею был в ней, как дома, и не постеснялся. И, когда Катя начала просить обратно, он ее уговаривал всей силой, показывая агрументы, и у себя и в квартире своего друга. От них она привлеклась назад, когда он обещал ее не отпускать, медленно вытянув пальто, справа из ее размякших пальцев, смелым жестом своих больших часто дрожащих рук, как фокусница в цирке ничего не заметив.

И, вот, взяв ей за руку, он уже ее целиком обнимает, а она передумывает совсем наоборот все свои невеселые мысли. Он называет ее ее именем, а она его его, и обнимается с ней уже вместе, а не один, засветившись всеми чертами глаз и лица.

Потом он подымает ее ладонью под колена и садит к себе наверх, одной рукой целует, сняв очки с головы другой. По внешнему видно, что Катя застеснялась, но при этом она ничего еще зрителю не показывает. Все ее черные ноги свисают по комнате, пока Андрей несет их вдоль. Через некоторое время, так же несясь, они добираются в кровать, где он ложит ее, но она встает ему напротив, прямо посредине кровати и опускает оба своих глаза вниз на самую дальнюю от нее точку подбородка, где они живут и горят светом лучей, как двойная звезда.

Он начинает везти себя указательным пальцем ей по голове, задержавшись вместе с ним на наиболее выраженных в лице местах, где они пересекаются с ее частями тела, и там же довольно изгибается от этого. На лицо Кати, ползя робким ползком заползает удивленное выражение лица, и оно тоже удивляется этому выражению вместе с ним.

Андрей нежно обходится со всеми чертами девушки: целует ее губы своими и часто наоборот. Она дотрагивает его за руки и лицом. Он так нравится это, что начинает расстегать ее кофту, большими черными пуговицами, которые тут же вырожают ее скромность. Она опускает глаза еще ниже вниз и, они забегали по всей его поверхности вправо и влево, смущенно сощурившись сбоку. И голова ее тоже.

Наконец, он снимает кофту с плечей до самой спины, обоими руками и убирает их взад, чтобы ими же перейти к своей рубашке, которая уже готова покинуть его гостеприимное мускулистое тело снаружи. Он расстегивает пуговицы, используя десятью пальцами. Она смущенно водит глазами в разные стороны и обнимает их взглядом его, открывающуюся напротив их, со всех четырех сторон, обнаженную грудь без всякой одежды.

Потом он, наконец, ложит ее в кровать, с помощью рук и герои исчезают совсем.

Когда они снова появляются, их тела озарены разными выражениями и укрыты простынями. Катя отыскивает вдоль всей кровати очки, чтобы, различить Андрея, а Андрей довольно жмурит лицо от его счастливых мыслей, начиная ими проводить снова по Кате.

Немного времени он водит ладонь по простыне и целует ее с горячей любовью. Она неумело отвечает ему тем же, а потом их руки встречаются. Андрей поворачивается спиной и обратно целует Катю, глядя прямо на нее. Вскоре он, придерживается себя за голову на локте начитает спрашивать вопросы про ее старого. На этом серьезной ноте интересный кусок оканчивается окончательно.
_________________

Отредактировано Anna (01.02.2011 20:24)

0

37

Алена ха! написал(а):

Может ты выложишь?

Анна меня опередила, добавлю немножко файлом, по-моему, там весь юмор от Альки, про оленеводов точно есть.  :cool:
http://ifolder.ru/21657695

0

38

Елена написал(а):

про оленеводов точно есть.

Нет третьей и шестой частей...  :dontknow:

0

39

История про любовь и оленей. Часть шестая.
Как увидел Адриарун свою Кытычене, так дар речи потерял и три дня разговаривать не мог. Красавицей стала Кытычене за время разлуки. Даже Ромхан, женской красотой балованный, и то удивился, стал ее привечать тоже.
Но не до любовных утех девушке, работает, не покладая рук, оленей заново пересчитывает, потому что много Сарыал в делах напутал с помощью своей дурной травы.
А Адриарун совсем покой потерял, как встретит Кытычене, то краснеет, то бледнеет, то потеет, то трясется, то уставится, будто филин, на ее стати, а то глаз поднять не может, словно крот. И все тогда в стойбище поняли, что он ее полюбил, даже Кираэй, его бывшая невеста, на что уж недогадлива была.
Долго ли коротко, но вновь дела в стойбище наладились, работали все много, без устали, на дальние пастбища ездили, новые места для прокорма животных присматривали, стадо разрасталось исправно.
Сидит однажды вечером Кытычене у себя в яранге, скучно ей. Засветила она жирники, взяла вышивание и стала песню петь вполголоса про любовь свою к Адриаруну. А Адриарун и Ромхан притаились за стеночкой. Очень уж им песенка Кытычене нравится. Только Адриарун любит девушку, слушает и плачет, аж весь содрагается, по траве катается, руками по земле колотит, даже рукава от тоски изорвал, а Ромхан лишь смеется. Обиделся Адриарун, размахнулся и ударил Ромхана прямо в красивое его лицо. Ромхан удивлен был, но не стал Адриаруна тоже бить. Кровь ягелем вытер, плюнул в сердцах и ушел в тундру гулять, расстроенный. А Адриарун дальше стал песню дослушивать, слезами заливаясь.
Мичил же, тем временем сидел у себя, зайцев ощипывал, и обижался на Кытычене. Не хотелось ему работой заниматься. Думал охотник, думал и решил ее обратно к себе вернуть. Надел он новые лыжи и побежал в стойбище. Позвал Кытычене к дальним родственникам, что у него там проживали, в ярангу поговорить.
Очень это Адриаруну не понравилось, но совсем плохой стал оленевод от любви, голова ничего не соображает, еще хуже, чем у Сарыала от трубочки его прославленной. Мечется Адриарун, а что делать не знает.
Мичил тем временем с Кытычене разговаривает, рассказывает девушке, как любить ее будет, как детей заведет, да, как кормить сладко обещает. Почти уж соглашается на его уговоры Кытычене, а тут Адриарун в ярангу прибежал. Кытычене даже испугалась, что сейчас Мичилу и конец настанет. И Мичил побледнел немного, но все продолжает разговор свой про зайцев и про любовь.
Велит тогда Адриарун самым знатным танцорам исполнить танец для его Кытычене, да такой, чтобы она сразу поняла всю силу его чувства. Начали танцоры танцевать, да так лихо, что родственники из яранги разбежались от страха. Подошел Адриарун, сказал, что песню ее вечернюю слышал и знает ее тайные мысли. Сказал ей еще, что негоже противиться страсти своей, а надо, чтобы Кытычене шла к нему, Адриаруну в полог и рожала для него детишек, как природой ей положено. Мичил только затылок почесал и понял, что зайцев, похоже, щипать самому придется.
Испугалась Кытычене, что покажет свою любовь настоящую раньше времени, убежала вслед за родственниками, остались в яранге только танцоры, Мичил и Адриарун. Доели они все угощение, что на столе было, и тоже домой пошли.
Совсем расстроился Адриарун, решил уехать в жаркие страны, оставив оленей своих любимых девушке, которая покорила его сердце. Еще больше Кытычене задумалась, да все одно, не верит в любовь Адриаруна, как он только не пытается ее доказывать.
Кираэй, услышала, что Адриарун уехать решил, пришла к Кытычене и давай с ней разговаривать. Про медведя, что его помял, рассказала, про то, что не спал он с ней с тех самых давних пор, тоже поведала. Думала Кираэй, однако, что прознает Адриарун про ее разговор с Кытычене, хвалить будет Караэй, второй женой возьмет к себе жить, потому и рассказывала все без утайки, что надеялась.
Поняла тогда Кытычене, что любовь у Адриаруна настоящая, побежала к нему в тундру, нашла его среди оленей, встала напротив, а, что сказать не знает, очень волновалась девушка. Олени, как будто поняли, начали их друг к другу подталкивать, рогами машут, фыркают ласково. Взялись Кытычене и Адриарун за руки, гладят друг друга, о любви своей говорят. Стал Адриарун тут же счастлив и весел, увел Кытычене к себе в полог любить, потому как исстрадался по ней сильно, и не выходили они оттуда дней пять или шесть. А, как вышли, так повелел Адриарун свадьбу играть.
До осени стойбище на свадьбе гуляло, даже Ромхан пришел, позабыв обиды, и Адриарун совсем счастливый стал. Очень была свадьба богатая: даже, когда Кытычене трех детей Адриаруну родить успела, про их свадьбу знатную все вспоминали в стойбище...
Тут и сказке конец, кто слушал, тому чаю душистого из тундровых трав, а мне за рассказ - супу наваристого и бубен не очень большой, можно, но позвончее...

Вот шестая, брала из файла, третьей, правда, нет, сейчас в другом месте посмотрю.

0

40

История про любовь и оленей. Часть третья.

А Кытычене запрягла упряжку лучших собак, взяла с собой сушеного мяса, шкур и запас травы квашенной и уехала далеко-далеко, в горы, решила там жить, бить куропаток, собирать камни и петь по ночам долгие тоскливые песни. Посмуглело ее лицо от горного солнца, сузились глаза от слез, стала она красавицей.
Адриарун был сам не свой от тоски по Кытычене, пошел он в тундру смерти искать. Идет на лыжах, плачет, мухоморы сушеные по дороге ест. Дошел до самого побережья. Встречается ему белый медведь. Опасный зверь умка, осторожен с ним должен быть охотник. Но не думает Адриарун об опасности, лезет прямо к медведю, хочет его голыми руками задушить. Удивился медведь такой странности, ревет, зубами лязгает, вот-вот придет Адриаруну конец. Вступил Адриарун в неравный бой.
Прознала Кираэй, что Адриарун в тундру убежал, запрягла упряжку, бросилась его искать по следу. Долго ехала, нашла, наконец: лежат с двух сторон ледяного тороса окровавленные Адриарун и белый медведь, а последний уже и не дышит. Потащила Кираэй их домой. Адриарун ей нужен сильно, собирается она его лечить и замуж потом пойти, да и медведя бросить жалко, очень уж хорошее у белого медведя мясо, много его, можно запасы приготовить. Принесла обоих в свой чум, Адриаруну раны зашила, приложила к ним песцовую желчь и помет полярной мыши, медведя освежевала и внутренности его засолила. Хотела любовные ласки Адриаруну дарить, да сильно помял медведь оленевода, не годен Адриарун для любовных движений, ничего у него не получается, лишь мечется он, где, кричит моя Кытычене, горячка у него началась, бредит оленевод, болеет. Расстроилась Кираэй, рукой махнула, пошла медведя впрок варить, лишь напоила больного Адриаруна морской водой и рыбы дала сушеной.
А Кытычене тем временем по горам ходит, все примечает, плакать уже не плачет, стреляет куропаток, ест вволю, поправляется, хорошеет. Проходил раз мимо молодой охотник Мичил, смотрит, что за диво? Чум стоит, очаг горит, девушка красивая, да одинокая вокруг хлопочет, полюбилась сразу она Мичилу. Зашел он в чум, достал из сумки убитого зайца, положил его в котел и такую похлебку приготовил, что Кытычене сразу его привечать начала, очень талантлив был Мичил. Ах, как Мичилу Кытычене понравилась, то за руку ее возьмет, то в глаза посмотрит, хочет ее любить, да Кытычене не может забыть Адриаруна, нет, говорит, Мичил, хороший ты охотник и готовишь хорошо, только не приглашу я тебя в свой полог, не лежит к тебе мое сердце. Мичил настаивать взялся, выйдет с Кытычене на гору, сядет рядом, обнимает, глядя на полярное сияние, сулит жизнь богатую и детей множество, но не соглашается девушка с ним лечь, говорит, что другого любит. Очень это Мичила огорчает.
А в это время встал Адриарун после болезни на ноги, походил, поохотился, оленей погладил, успокоился, пошел к Неколюну и давай его обвинять, что нечестно с ним поступили. Неколюн запряг собак, поехал в тундру Кытычене искать. Долго ехал, собаки устали даже. Нашел ее, возвращайся, говорит, пора. Мичил загрустил, конечно, но делать нечего…

0

41

Автор: Алька
Название: История про любовь и оленей.
Жанр: Фольклор.
Герои: Народы Севера.

Вот, все говорят, ах, наши неправильно адаптировали сценарий и то не так, и это не то и юридически все неправильно, и даже не бывает, чтобы девушки такие очки носили… Ну, как вы поняли, мне нравится на сюжете сериала спекулировать по-всякому…
Я думаю, что надо, например, адаптировать сценарий для одной из северных киностудий, чтоб уж у них никаких моральных, эстетических и юридических вопросов не возникло.
Получилась такая основная линия.

История про любовь и оленей. Часть первая.

На краю земли, там, где холодное море набегает на серые утесы, стояла маленькая рыбацкая деревушка. Жила в ней бедная семья, отец ловил рыбу и бил моржа, мать и дочь резали узоры из кости. Дочь звали Кытычене, что значит «самая красивая». Такой считали ее любящие родители. Младенцем была она слабой, и мать докармливала ребенка молоком нерпы. Выросла девочка похожая на детеныша этого зверя: несмуглая, как белек, глаза огромные, рот большой, губы розовые.
Когда-то давно выбросило в том селении на берег английского моряка со шхуны контрабандистов. Подобрали рыбаки беднягу, напоили, накормили, женщину дали. А он в благодарность самых умных детишек писать-читать выучил. Кытычене лучше всех счет и буквы знала.
Выросла девушка: грудь большая, косы длинные, бедра широкие, сила женская в ней проснулась. Пора ей престарелых родителей кормить. Но нет у нее братьев, чтоб помогли, а замуж не берет никто, даже сосед Неколюн, с детства знакомый, рыбак неудачливый. Очень это огорчало девушку.
Сидела она однажды в своей яранге трое суток долгой полярной ночью думала-думала и решила из бедности выбиться, пойти на работу к богатею, чтоб ум ее и знания принесли в семью мяса для похлебки, жира для светильника и новые сети и гарпуны для отца. А там, может, в богатом стойбище, кто и замуж возьмет, напутствовала ее мать.
Кочевал неподалеку оленевод Адриарун-Ждурулхан-ата. Молодой он был, красивый, имел полное стадо толстых здоровых оленей, полное стойбище низкорослых плотных красавиц с черными косами, глазами раскосыми…
И друг хороший у него был, охотник ловкий, любимец рукодельниц, каюр знатный, искусный резчик по дереву и кости, знаток оленей верный - Ромхан-Маалина-ата.
И пошла Кытычене к оленеводу на работу наниматься.
Адриарун сидит на шкурах, курит трубку, гладит женщин, мясо ест, чай пьет, тепло ему, хорошо, сытно живется. Пришел в чум Ромхан, поздоровался, снял кухлянку, небрежно бросил на руки одной из девушек. И Ромхана тоже девушки любят, собрались вокруг, так и вертятся, косами трясут, глазами сверкают.
Предложил Адриарун Ромхану трубку, спросил про оленей и ягель, пургу поругал, жен похвалил. Ромхан тоже на женщин посмотрел, потрогал некоторых и сказал, что все хорошо в стаде, ягель уродился, бычки здоровеют, важенки телятся, да одна беда не счесть всех оленей, что пасутся до самого берега моря на тучных пастбищах. И рассказал Ромхан, что пришла в стойбище бедная девушка, дочь рыбака. Обещает сосчитать всех оленей за одну полярную ночь, а платить ей надо немного. Лишь мяса для похлебки и шкур для одежды.
Задумался Адриарун. Оленевод он молодой, горячий, женщин страстно любил, а в своем стойбище уже всех познал, скучно ему было с ними. Выгнал он из чума жестом всех женщин на морозную улицу и спросил у Ромхана, красива ли та дочь рыбака. Погрустнел Ромхан, снял малахай, почесал затылок, вздохнул, выпучил глаза, надул губы, втянул щеки, изогнулся весь, задергал руками, как будто от гнуса отмахивается. Вот она, дескать, какая, Кытычене-умница.
Испугался Адриарун. Предложил Ромхану самому оленей считать. Но было тех оленей в стаде больше, чем числа, которые друзья знают, больше, чем пальцев у всех людей на руках и ногах. Еще покурили друзья, еще подумали и решил Адриарун взять ту девушку на работу, но чтобы видеть ее пореже, поселил в самом дальнем и темном углу своего чума.
Так стала Кытычене - умница работать у Адриаруна – оленевода.
А посреди тундры на одинокой сопке жил злой шаман Сарыал. Сестра у него была Кираэй – черноокая красавица, волосы лоснятся, тело дородное, мечта, а не женщина. Кираэй была влюблена в Адриаруна, да только не пришлась по сердцу оленеводу сестра шамана, не дарил он ей подарков, бус и ниток цветных, а в чуме своем заставлял работать, вышивать узоры и шкуры выделывать. Несколько раз лишь полюбил ее в своем пологе, да охладел.
Очень был зол Сарыал на Адриаруна. Каждую ночь бил он в бубен и камлал, чтобы олени у Адриаруна похудели, чтобы охотники его в песцов промахивались, чтобы женщины его рожали поменьше мальчишек. Но ничего не получается у Сарыала, потому что хоть Адриарун и молод, и больше женщин гладит, чем оленей холит, а человек он добрый, а против доброты бессильно злое камланье, хоть головой в бубен стучи, злой Сарыал!

История про любовь и оленей. Часть вторая.

А Кытычене работает не покладая рук. И в пургу и вьюгу считает и считает оленей и на специальной шкурке записывает, приметы каждого, масть, вес, рост, размер копыта. Скоро уже придет в тундру весна, наступит полярный день, и все олени будут посчитаны.
А Неколюн, как узнал, что Кытычене подрядилась оленей считать, забросил совсем неудачную рыбалку и охоту на нерпу, начал ей помогать. Хорошо помогал, нашел лишних оленей за перевалом еще два отдельных стада. Преумножил богатства Адриаруна.
Не очень это Адриаруну понравилось, сказал он, что не даст Неколюну похлебки и шкур. Плохой поступок совершил. Пожадничал. Шаман Сарыал закамлал в очередной раз, забил в бубен и тут же любимый олень Адриаруна пал. Хороший был олень производитель, большой урон случился стаду. Ах, нехорошо быть жадиной, понял Адриарун.
Тут и беды настали: весной наст крепкий, олени копыта сбили, гагары прилетели, птичью болезнь принесли, олени чихают, худеют, оленихи яловыми остаются, а Сарыал у себя на сопке надышится ядовитым дымом, прыгает вокруг шаманского костра и радуется, потом впадет в транс, лежит на шкуре и ногами дрыгает. Хорошо ему!
И однажды из дальнего-дальнего города приехал на сытой упряжке большой-пребольшой начальник. Пришел он к Адриаруну в чум и спрашивает строго, чьи олени пасутся по всей тундре и есть ли записки, где учтены все эти олени.
А листы, где олени сосчитаны, все у Кытычене-умницы, Адриарун-то охотник хороший, оленевод замечательный, мужчина сильный и женщин любить умеет лучше многих, а вот, беда, грамоты не знает.
Ай-ай-ай, рассердился большой начальник, говорит, что раз у нее каждый олень записан, значит не твои это олени, а ее!
Выпил начальник огненной воды, съел супу из печени, поспал, как обычай требует, с самой красивой женой Ромхана и с самой красивой женой Адриаруна, взял собак новых: двух белых и двух пегих, и уехал обратно в город.
Прибежала Кытычене, кричит, убивается, дескать, Адриарун мой, дорогой оленевод! Не думай обо мне плохо, никогда я тебя не обману, отдам тебе шкурку, где все олени переписаны, будут они твои, а мне в награду лишь твоего доброго взгляда достаточно и две-три ночи любви, если подаришь.
Покивал Адриарун головой, отослал Кытычене досчитывать последних оленей, позвал к себе Ромхана и сели они трубку горькую курить и мысли нелегкие думать.
Говорит тогда Ромхан, что Адриарун должен лечь с Кытычене и любить ее, чтоб принесла она сыновей смуглых, да черноглазых. А Адриарун не хочет, не по нраву ему стати девушки, боится он, что дух мужской плоти отвернется от него, когда он ее трогать будет. Ромхан советует другу съесть немного сушеных мухоморов, чтоб забыться, да смотреть, на портрет главной красавицы стойбища, что вышит у него на кисете, когда нерпочку свою лупоглазую ласкать примется. И Адриарун согласился. Запряг лучших оленей, в самые лучшие сани, посадил в них дочь рыбака и повез ее в тундру подальше, раскинул там шатер, наелся мухоморов, и начал ее любить, пока еще темно было и полярная ночь не кончилась. Ай, какой сильный Адриарун мужчина, хорошо в детстве ел, много в молодости тренировался, поэтому любил он Кытычене старательно двое суток подряд, да на обратной дороге еще и долюбливал. Очень девушке это понравилось. Пришла домой, песни поет, счастливая стала.
А Неколюн оленей начал лечить грибами шаманскими от птичьей болезни, большую часть стада спас, увеличил богатство Адриаруна. Оленям тоже такое лечение нравилось! Да и капканы молодой охотник ставит все лучше и лучше. Наловит песцов, все несет Адриаруну, честный парень, ни одного себе не взял. Не сильно обеднел Адриарун, несмотря на камлания злого Сарыала и тяжелую весну.
Начал Адриарун дарить Кытычене разные безделушки, бусы да зеркальца, погремушки из рыбьего пузыря и одуванчики засушенные. Все принимает Кытычене с благодарностью, потому что нет для нее во всей тундре до самого моря лучше человека, чем оленевод Адриарун. А сестра Сарыала Кираэй понимает уже, что не будет никогда у Адриаруна любимой женой и злится на него, и страдает, и вышивает ему унты в знак злобы и тоски зелеными нитками.
А Ромхан хороший мастер был. Вырежет вечером из кости картину про любовь, отдаст Адриаруну, а Адриарун ее Кытычене подарит. И думает Кытычене, что это сам Адриарун такие откровенные сцены вырезает, потому что сильно ее к себе в полог желает. А, вот, и зря, зря Кытычене думает, что Адриарун ее полюбил. Все картины Ромхан придумал. Сидит у себя в чуме, щиплет женщин своих, резцом по кости водит и смеется.
Однажды нужно было Ромхану уехать на дальние пастбища, стадо клеймить. Очень Ромхан боялся, что Адриарун без него все перепутает и упустит свою некрасивую Кытычене вместе с оленями. Нарезал он заранее картин соблазнительных из моржового клыка, навязал на шнурке из тюленьей шкуры для памяти другу своему узелками, чтобы знал, когда и что дарить его неприметной куропаточке, запряг лучших собак, взял с собой Кираэй, чтоб не скучать в дороге и только его и видели.
Пришла Кытычене в чум Ромхана за табачком, видит, лежат подарки разные, бусы, да поделки из кости, и на каждый узелок – свой подарок. Задумалась девушка, догадалась про коварный план друзей, выбежала из чума, упала в снег и заплакала горько. Долго так лежала, даже руки заморозила.
А Адриарун и не думает печалиться, дарит каждый день девушке поделки, обнимает, ласковые слова придумывает, кухлянку с нее снять пытается, предлагает в свой полог приходить, чтоб любовь свою доказать. Но Кытычене не соглашается, лишь грустит и худеет, как будто сама злую птичью болезнь подхватила наравне с оленями.
Увидел ее Неколюн, спросил не надо ли ей лечения грибами веселыми. Рассказала Кытычене все старому другу. Разозлился Неколюн на Адриаруна, потому что не должны так поступать честные оленеводы, предложил он Кытычене в стойбище объявить, что он возьмет ее в жены и подарит лучшую оленью упряжку. Сам, правда, ее не хотел, присмотрел уже красавицу смуглую, но был такой друг хороший, что если бы пришлось, не стал отказываться, второй женой бы точно взял. Объявили они всем о своей свадьбе, поймала Кытычене лучших оленей, обменял Неколюн на песцов огненной воды, накормили они всех женщин стойбища, напоили, три дня пляски длились.
Очень был Адриарун недоволен, что такое разорение ему учинили, но ничего сказать не мог, боялся, все стадо свое потерять, если разозлятся хитрые Кытычене и Неколюн. А еще к тому же Сарыал вдруг осмелел, придет в стойбище, прямо около главного чума в бубен бьет, поет всем песни, какая Кытычене жадная и злая, какой Неколюн вор и обманщик. Очень он этим всех огорчает. Велел ему Адриарун обратно на сопку убираться, обещал в бубен ему сам так треснуть, что забудет шаман, все свои, даже самые простенькие заклинания. Огорчился Сарыал, посмотрел глазами недобрыми, ушел к себе злые планы задумывать.
А тут снова приехал большой начальник из города и давай пытать, чье же все-таки в тундре стадо пасется. Побежал Адриарун к Кытычене, обнимал ласково, подарки сулил, обещал самых прекрасных оленей, самых быстрых собак подарить, только бы она сказала, что его это стадо. Не выдержала Кытычене силы его ласк, согласилась, да, проходя мимо чума Ромхана, заглянула внутрь, а там Ромхан про нее танец танцует обидный, глаза выпучив, а Адриарун хлопает в такт и смеется. Рассердилась Кытычене, побежала к начальнику из города, сказала, что ее это олени, показала специальные письмена, где каждый олень поименно учтен, покивал начальник и повелел числить теперь это стадо принадлежащим Кытычене, а вовсе не Адриаруну.
Зарыдал Адриарун, разогнал всех красавиц своих, ударил белого оленя, наелся сушеных мухоморов, запил их огненной водой, загоревал сильно. И понял тогда вдруг оленевод, что жизнь без милой Кытычене ему не мила.

История про любовь и оленей. Часть третья.

А Кытычене запрягла упряжку лучших собак, взяла с собой сушеного мяса, шкур и запас травы квашенной и уехала далеко-далеко, в горы, решила там жить, бить куропаток, собирать камни и петь по ночам долгие тоскливые песни. Посмуглело ее лицо от горного солнца, сузились глаза от слез, стала она красавицей.
Адриарун был сам не свой от тоски по Кытычене, пошел он в тундру смерти искать. Идет на лыжах, плачет, мухоморы сушеные по дороге ест. Дошел до самого побережья. Встречается ему белый медведь. Опасный зверь умка, осторожен с ним должен быть охотник. Но не думает Адриарун об опасности, лезет прямо к медведю, хочет его голыми руками задушить. Удивился медведь такой странности, ревет, зубами лязгает, вот-вот придет Адриаруну конец. Вступил Адриарун в неравный бой.
Прознала Кираэй, что Адриарун в тундру убежал, запрягла упряжку, бросилась его искать по следу. Долго ехала, нашла, наконец: лежат с двух сторон ледяного тороса окровавленные Адриарун и белый медведь, а последний уже и не дышит. Потащила Кираэй их домой. Адриарун ей нужен сильно, собирается она его лечить и замуж потом пойти, да и медведя бросить жалко, очень уж хорошее у белого медведя мясо, много его, можно запасы приготовить. Принесла обоих в свой чум, Адриаруну раны зашила, приложила к ним песцовую желчь и помет полярной мыши, медведя освежевала и внутренности его засолила. Хотела любовные ласки Адриаруну дарить, да сильно помял медведь оленевода, не годен Адриарун для любовных движений, ничего у него не получается, лишь мечется он, где, кричит моя Кытычене, горячка у него началась, бредит оленевод, болеет. Расстроилась Кираэй, рукой махнула, пошла медведя впрок варить, лишь напоила больного Адриаруна морской водой и рыбы дала сушеной.
А Кытычене тем временем по горам ходит, все примечает, плакать уже не плачет, стреляет куропаток, ест вволю, поправляется, хорошеет. Проходил раз мимо молодой охотник Мичил, смотрит, что за диво? Чум стоит, очаг горит, девушка красивая, да одинокая вокруг хлопочет, полюбилась сразу она Мичилу. Зашел он в чум, достал из сумки убитого зайца, положил его в котел и такую похлебку приготовил, что Кытычене сразу его привечать начала, очень талантлив был Мичил. Ах, как Мичилу Кытычене понравилась, то за руку ее возьмет, то в глаза посмотрит, хочет ее любить, да Кытычене не может забыть Адриаруна, нет, говорит, Мичил, хороший ты охотник и готовишь хорошо, только не приглашу я тебя в свой полог, не лежит к тебе мое сердце. Мичил настаивать взялся, выйдет с Кытычене на гору, сядет рядом, обнимает, глядя на полярное сияние, сулит жизнь богатую и детей множество, но не соглашается девушка с ним лечь, говорит, что другого любит. Очень это Мичила огорчает.
А в это время встал Адриарун после болезни на ноги, походил, поохотился, оленей погладил, успокоился, пошел к Неколюну и давай его обвинять, что нечестно с ним поступили. Неколюн запряг собак, поехал в тундру Кытычене искать. Долго ехал, собаки устали даже. Нашел ее, возвращайся, говорит, пора. Мичил загрустил, конечно, но делать нечего…

История про любовь и оленей. Часть четвертая.

Не хотела Кытычене возвращаться в стойбище, очень обижена была.
Говорит она Неколюну, другу верному, что Адриарун-Ждурулхан-ата, знатный оленевод обманул ее ласками ненасытными, да словами нежными, а друг его верный Ромхан-Маалина-ата обидел танцами недобрыми и прозвищами злыми. Не может она забыть их коварства, не хочет ехать обратно в стойбище, но ехать все равно пришлось, потому что очень уж Кытычене была честная.
Мичил подумал-подумал, посидел день один одинешенек и побежал за ней, пока еще следы видны. Быстрый был охотник, трое суток бежал, да и хорошо в тундре летом, солнце всегда светит и днем и ночью. По дороге зайцев настрелял целую торбу, таких жирных, что в конце пути бежал тяжело с передышками.
Вернулась Кытычене к отцу и матери, праздник настал у родителей, отец нерпу добыл, огненной воды достал, пляшут они, песни поют, игры затевают, радуются, много шуму наделали.
Услышал злой шаман Сарыал у себя на сопке шум. Что такое, думает, почему на берегу у бедных рыбаков праздник? Неужели кита удалось подстрелить? Надел кухлянку поплоше, торбаса от пыли выбил, бубен прихватил дорожный и поехал в гости, потому что очень любил студень из китовой губы. А кита никакого и нету! Нахмурился Сарыал. В рыбацкой деревушке шамана все привечают, как дорогому гостю лакомство несут - нерпичьи глаза, да целую миску потрохов моржиных. Поел Сарыал, да не подобрел все равно. Закрались в темную голову мысли коварные, думает он, неужели я сюда зря ехал? Нельзя ли какое злодеяние устроить, раз уж здесь оказался?
Легла Кытычене спать, а бумаги про оленей на груди у себя спрятала, забрался злой шаман к ней в полог ночью, пошарил по телу девушки, удивился сильно, да и взял себе все бумаги. Не проснулась бедная Кытычене, очень была утомлена с дальней дороги. Хватилась утром, а шамана уж и след простыл. Расстроилась девушка, но делать нечего, вновь ждет ее бедная жизнь в родной деревушке. А тем временем Мичил-то с целой торбой больших зайцев к ее порогу как раз добежал, даже слегка напугал девушку.
Решил Мичил поближе к милой Кытычене остаться, разбил походную ярангу недалеко от ее дома, наварил похлебки, накормил рыбаков блюдом необычным. Очень им оно понравилось, у некоторых, правда, животы с непривычки скрутило. Говорит тогда Мичил: "Кытычене, дорогая моя, приходи в мою ярангу, будем счастливо жить-поживать, я зайцев ловить, и варить буду, а ты ощипывать". Не любила Кытычене Мичила, но очень добрая была, решила помочь. День и ночь сидит, зайцев ощипывает, аж руки уже от этой работы сводит, а Мичил, знай, только похлебку из них варит, да на шкурах валяется. Хорошо дела его пошли, не нарадуется он на Кытычене, каждую ночь зовет ее в свой полог, да не соглашается она, не может забыть любви своей - беспечного Адриаруна.
А Сарыал тем временем явился к Адриаруну, показал бумаги про оленей, сказал, что будет хозяином стойбища. Заплакал Адриарун сначала, хотел побить Сарыала, но, делать нечего, бумага сильней кулаков, чьи бумаги, того и олени.

История про любовь и оленей. Часть пятая.

Сарыал первым делом Адриаруна из богатой яранги выгнал, приказал обставить по-своему, по-шамански, травы сушеной по стенам навешать, черепа полярных сов везде поставить, посыпать углы сухим пометом куропаток и бубен прикатить побольше. Все выполнили оленеводы, не могут они перечить Сарыалу.
А он, злой человек, совсем одурел, начал в трубочку забивать траву коричневую, от которой видения являются, и демоны со всех сторон чудятся. Накурится Сарыал до полярного сияния в глазах и давай на простых людей бросаться, кого придушить пытается, кому просто подножку поставить. Очень это обижало работников, но терпели его пока что.
И женщины в стойбище сильно от него пострадали. Не любил Сарыал женского тела, запретил с обнаженной грудью ходить, велел всем пошить кухлянки закрытые и не показываться без этой одежды на его глаза злобные. Очень от жары женщины страдали, а лето такое теплое выдалось, случались даже ночи, когда и вода в котлах не замерзала.
Адриаруну и Ромхану, друзьям закадычным пришлось в простые пастухи податься. Услал их Сарыал на дальние пастбища, лишения терпеть. Едят они пищу неприхотливую, ночуют в дырявом чуме, о женской ласке и забыли почти. И каждый вечер, как обойдут оленей в стаде, так поет Адриарун Ромхану песни про любовь свою к Кытычене, про то, как тяжело пришлось ей в стойбище, да про слезы, что пролила бедная девушка от их злых выдумок. Ромхану не очень песни нравятся, но, что для друга не сделаешь, слушает.
Притерпелись постепенно Адриарун и Ромхан на новом месте. Стали разные способы придумывать, чтобы олени жирней были, приплода от них добивались большого. Думали, что похвалит их Сарыал, а тот, наоборот, позовет к себе в ярангу и обзывается по-разному, и издеваться над ними не прекращает. Но не очень-то это Адриаруна огорчает, стал он пастухом замечательным, понравилось ему работать, воздух кругом свежий, солнышко светит, олени любимые тут же все рядом.
А Сарыал оленями совсем не интересуется, витает в своих видениях, словно чайка над морским берегом, иногда даже по-птичьему вскрикивает. Начали в стойбище поговаривать, что совсем плохой Сарыал стал, голова его легкая сделалась без мыслей, руки трясутся, что хвост у полевки, в глазах муть, как туман осенний. Ай, видно, скоро черед ему придет на Гору Дальних Предков отправляться! Кит большой, да и то столько дурной травы не выкурит, что там про человека говорить!
Не знали уж оленеводы, что делать с заболевшим Сарыалом, да тут вдруг на праздник солнцеворот приехал большой начальник из города. Обрадовались оленеводы. Привечают начальника, как могут: кто лепешку несет, что клык моржовый, кто миску молока оленьего. Но удивлен начальник. Не вышел его встречать хозяин из главной яранги, угощения богатое не поднес, женщин красивых вокруг него танцевать не отправил. Спрашивает начальник, что за беда такая в стойбище приключилась, что ему даже никто собак ездовых подарить не хочет? Тут добрый Неколюн из толпы выступил, рассказал начальнику про то, как украл злой Сарыал все бумаги у Кытычене-умницы.
Рассердился начальник. Завращал глазами, закричал громко на Сарыала, прогонять его начал. Начальник - человек белый, что ему шамана бояться! Повелел Кытычене вернуться и стать хозяйкой оленьего стойбища, а Сарыала поселить обратно на его сопке и повесить у входа заячий хвост в знак позора. Услышал Неколюн эту радостную весть, со всех ног к Кытычене бросился, звать девушку.
А Мичил все ходит и ходит за Кытычене, говорит о любви своей и все зовет и зовет девушку в жены. Надоел он Кытычене, гонит она его от себя, а если изловчится Мичил, да прижмет ее по-тихому, так ей сразу ласки Адриаруна мерещатся, и отталкивает она Мичила со всей силой своей.
Прибежал Неколюн, рассказал последние новости. Ощипала Кытычене Мичилу в запас двух зайцев на прощание, собрала пожитки и пошла в хозяйки большого оленьего стада.

История про любовь и оленей. Часть шестая.

Как увидел Адриарун свою Кытычене, так дар речи потерял и три дня разговаривать не мог. Красавицей стала Кытычене за время разлуки. Даже Ромхан, женской красотой балованный, и то удивился, стал ее привечать тоже.
Но не до любовных утех девушке, работает, не покладая рук, оленей заново пересчитывает, потому что много Сарыал в делах напутал с помощью своей дурной травы.
А Адриарун совсем покой потерял, как встретит Кытычене, то краснеет, то бледнеет, то потеет, то трясется, то уставится, будто филин, на ее стати, а то глаз поднять не может, словно крот. И все тогда в стойбище поняли, что он ее полюбил, даже Кираэй, его бывшая невеста, на что уж недогадлива была.
Долго ли коротко, но вновь дела в стойбище наладились, работали все много, без устали, на дальние пастбища ездили, новые места для прокорма животных присматривали, стадо разрасталось исправно.
Сидит однажды вечером Кытычене у себя в яранге, скучно ей. Засветила она жирники, взяла вышивание и стала песню петь вполголоса про любовь свою к Адриаруну. А Адриарун и Ромхан притаились за стеночкой. Очень уж им песенка Кытычене нравится. Только Адриарун любит девушку, слушает и плачет, аж весь содрагается, по траве катается, руками по земле колотит, даже рукава от тоски изорвал, а Ромхан лишь смеется. Обиделся Адриарун, размахнулся и ударил Ромхана прямо в красивое его лицо. Ромхан удивлен был, но не стал Адриаруна тоже бить. Кровь ягелем вытер, плюнул в сердцах и ушел в тундру гулять, расстроенный. А Адриарун дальше стал песню дослушивать, слезами заливаясь.
Мичил же, тем временем сидел у себя, зайцев ощипывал, и обижался на Кытычене. Не хотелось ему работой заниматься. Думал охотник, думал и решил ее обратно к себе вернуть. Надел он новые лыжи и побежал в стойбище. Позвал Кытычене к дальним родственникам, что у него там проживали, в ярангу поговорить.
Очень это Адриаруну не понравилось, но совсем плохой стал оленевод от любви, голова ничего не соображает, еще хуже, чем у Сарыала от трубочки его прославленной. Мечется Адриарун, а что делать не знает.
Мичил тем временем с Кытычене разговаривает, рассказывает девушке, как любить ее будет, как детей заведет, да, как кормить сладко обещает. Почти уж соглашается на его уговоры Кытычене, а тут Адриарун в ярангу прибежал. Кытычене даже испугалась, что сейчас Мичилу и конец настанет. И Мичил побледнел немного, но все продолжает разговор свой про зайцев и про любовь.
Велит тогда Адриарун самым знатным танцорам исполнить танец для его Кытычене, да такой, чтобы она сразу поняла всю силу его чувства. Начали танцоры танцевать, да так лихо, что родственники из яранги разбежались от страха. Подошел Адриарун, сказал, что песню ее вечернюю слышал и знает ее тайные мысли. Сказал ей еще, что негоже противиться страсти своей, а надо, чтобы Кытычене шла к нему, Адриаруну в полог и рожала для него детишек, как природой ей положено. Мичил только затылок почесал и понял, что зайцев, похоже, щипать самому придется.
Испугалась Кытычене, что покажет свою любовь настоящую раньше времени, убежала вслед за родственниками, остались в яранге только танцоры, Мичил и Адриарун. Доели они все угощение, что на столе было, и тоже домой пошли.
Совсем расстроился Адриарун, решил уехать в жаркие страны, оставив оленей своих любимых девушке, которая покорила его сердце. Еще больше Кытычене задумалась, да все одно, не верит в любовь Адриаруна, как он только не пытается ее доказывать.
Кираэй, услышала, что Адриарун уехать решил, пришла к Кытычене и давай с ней разговаривать. Про медведя, что его помял, рассказала, про то, что не спал он с ней с тех самых давних пор, тоже поведала. Думала Кираэй, однако, что прознает Адриарун про ее разговор с Кытычене, хвалить будет Караэй, второй женой возьмет к себе жить, потому и рассказывала все без утайки, что надеялась.
Поняла тогда Кытычене, что любовь у Адриаруна настоящая, побежала к нему в тундру, нашла его среди оленей, встала напротив, а, что сказать не знает, очень волновалась девушка. Олени, как будто поняли, начали их друг к другу подталкивать, рогами машут, фыркают ласково. Взялись Кытычене и Адриарун за руки, гладят друг друга, о любви своей говорят. Стал Адриарун тут же счастлив и весел, увел Кытычене к себе в полог любить, потому как исстрадался по ней сильно, и не выходили они оттуда дней пять или шесть. А, как вышли, так повелел Адриарун свадьбу играть.
До осени стойбище на свадьбе гуляло, даже Ромхан пришел, позабыв обиды, и Адриарун совсем счастливый стал. Очень была свадьба богатая: даже, когда Кытычене трех детей Адриаруну родить успела, про их свадьбу знатную все вспоминали в стойбище…
Тут и сказке конец, кто слушал, тому чаю душистого из тундровых трав, а мне за рассказ - супу наваристого и бубен не очень большой, можно, но позвончее...
___________________________________________

0

42

Протамарили...  :D

0

43

Anna написал(а):

Протамарили...

Хотела 3 и 6 удалить, но пишут "первое сообщение, вся тема будет удалена", глюк?

0

44

Елена написал(а):

но пишут "первое сообщение, вся тема будет удалена", глюк?

Лена, пишут так: " Если это первое сообщение в теме, то и тема также будет удалена." Т.е. , если удаляемый пост в этой теме первый по счету, то удалится вся тема. А потому так, что ты админ. Но ты собралась удалять не первый пост, потому тема должна сохраниться. Я так поняла это предупреждение.

0

45

Девочки ,вы такие молодцы,просто слов нет.Лен,я дощла до половины,оборжалась прям вся.Решила дозировать,растяну на всю болезнь.Смех тоже лечит!
Мне кажется ничего не нужно никуда не переносить,ни уничтожать.Пусть выложенные пародии будут кагбе рекламными образцами.Народ почитает ,да и обрадовавшись все скачает.Сколько вам будет благодарностей! Немеряно.
ИМХО.
Кстати,на фан-арте спорили ,кто автор Перпетуум ад астра.Мне кажется это вполне могла быть Алька.

0

46

Как всё-таки здорово пишет Амалия, это я про новый мини-фик "Ярость". Как у нее всё логично и в то же время предельно эмоционально выстроено, про прекрасное владение русским литературным и так понятно... Еще мне очень нравится, как ее произведения замечательно переплетены с НРК. Только у нее всё гораздо интереснее, острее и логичнее... По-моему, из нее получится хороший сценарист.

0

47

вот ,я так согласна с тобой.Нет ни малейшего сомнения ,что именно так все и было ,как она написала.Характеры каноничны и даны в естесственном развитии.мне единственно не очень ее последнее творение "Яблоко на ладони".Начало очень многообещающее ,а дальше - сироп и мексиканское мыло.Хотя написано очень качественно.
Меня Я-Любимая тоже поражает.У нее такие великолепные диалоги и такие своеобразные сюжеты.Не все равноценно,конечно,но она здорово продвинулась.
А как тебе "Пена" от Амалии?

0

48

Да, и по "Яблоку..." у нас с тобой мнения сходятся... Начало было такое волшебное, а потом скатилось в латиноамериканщину... "Пену" не успела прочитать.
"Я любимую" раньше много читала, она из второй или даже первой волны поклонников. А сейчас начала читать, и как-то не идет она у меня...

0

49

Елена написал(а):

Как всё-таки здорово пишет Амалия, это я про новый мини-фик "Ярость". Как у нее всё логично и в то же время предельно эмоционально выстроено, про прекрасное владение русским литературным и так понятно... Еще мне очень нравится, как ее произведения замечательно переплетены с НРК. Только у нее всё гораздо интереснее, острее и логичнее... По-моему, из нее получится хороший сценарист.

ППКС и СЯП !!!

0

50

Девочки ,кто-нибудь читает новый фик Наталли Мачеха-зима? Такая там Маргарита интересная и Андрей,такой внезапно повзрослевший и поумневший,каким и хотелось бы его видеть.Не мальчик-мажор ,но мужчина... :yep:

0

51

Алена ха! написал(а):

Девочки ,кто-нибудь читает новый фик Наталли Мачеха-зима?

Я читаю,хотя мне не всегда нравиться как пишет Натали,слишком витеивато,но этот фик произвёл на меня впечатление,с нетерпением жду продолжение.

Отредактировано Омуль (16.02.2011 18:16)

0

52

Да.у Наталли иной раз такой туман метафизический,такие полутона ,что без ста грамм никак не понять.но иной раз - бесподобно,моментами ,фрагментами просто классно.Вот посмотрим как она завершит этот фик,будет ли конец так же строен,как и начало.

0

53

А я еще ничего не читала, что у нее самое лучшее?

0

54

Леночка,трудно сказать,потому что и вкусы разные и читать её трудновато.Моя любовь это Амалия.И ещё зарисовки Леночки,всегда такой позитив,и описание такое,что будто побывала в гостях у Кати с Андреем и делиться впечатлением

0

55

Елена написал(а):

А я еще ничего не читала, что у нее самое лучшее?

А я навскидку и не упомню.Она не из тех авторов ,которых я перечитываю.вот про Амалию я могу рассказать,про Я - Любимую ,про Бетти - х и про некоторых других.а Натали я читаю в фан-арте по мере поступления.

0

56

Для меня Наталли одна из любимых авторов. На данный момент единственный. Да простят меня другие авторы!  :blush: http://www.kolobok.us/smiles/standart/sorry2.gif
Лена, для начала советую почитать "Детство в мире красоты... " http://fff.banned/topic3105.html
Скачать http://ifolder.ru/14576287

0

57

Anna написал(а):

Лена, для начала советую почитать "Детство в мире красоты... " Скачать http://ifolder.ru/14576287

Спасибо, начну потихоньку читать. У меня любимых авторов с десяток наберется, но из относительно новых только Амалия пока...

0

58

ДЕВУШКИ Я БЫЛА ПАЦТАЛОМ,ПАЦТУЛОМ ОТ КАТЫЧЕНЕ,А СТИЛИЗАЦИЯ КАКАЯ !Надо почитать ,я так -краем глаза !

0

59

natasha написал(а):

ОТ КАТЫЧЕНЕ,

А энто чаво?

0

60

Анечка,скачала,спасибо.

0


Вы здесь » Кружок по интересам » Фан-фики » Любимые фан-фики