Кружок по интересам

Объявление

Наивно? Очень. «Наивно? Очень.» Проект Нелли Уваровой. Посетите интернет-магазин, в котором продаются неповторимые вещи, существующие в единственном экземпляре. Их авторы вложили в них всё свое умение и всю душу. Авторы этих работ - молодые люди с тяжелыми ограничениями жизнедеятельности. Подарите им немного своей доброты и тепла!!!

Добро пожаловать на форум!!!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Кружок по интересам » Фан-фики » Фанфики Мурзика


Фанфики Мурзика

Сообщений 1 страница 30 из 66

1

Девочки, вот выкладываю "Будни...", прошу учесть, что написано это быто, страшно подумать, почти 9 лет назад, в другой реальности, когда компьютер дома был только один, а высокоскоростной интернет был только у начальника  :D

Будни фанфикрайтера.

…Хр….хр…

Трам-там-пам-пам-пам....

Ну, какая сволочь звонит в такую рань? Надо было мобильник отключить! Накрыться подушечкой…Черт, это же будильник...Н-да, будильнику не скажешь, что меня дома нет. И какой идиот положил его в дальний угол комнаты, на шкаф, чтобы достать можно было только с табуретки? А, вспомнила. Я сама же и положила, перед сном…три часа назад… чтоб утром с кровати не дотянуться.

Ух, как же тут холодно, в реальном мире…А мне Жданов приснился, и Катя, в Египте…Какой завтрак?! Отдайте мне блокнот, я продолжение запишу, пока не забыла, что они там во сне вытворяли!

Да отштань ты шо швоим бурербродом!...Не надо его в меня запихивать, и ни на какой скелет я не похожа. Дай, накорябаю, пока не забыла:

«…Андрей всмотрелся в ее лицо, а потом бессильно сел на песок рядом с ней, закрыв глаза и прислонившись головой к ее коленям…»

Улица…Солнышко, трава зеленая…Воробьи орут…Я бы тоже посидела с ними рядом на веточке и поорала бы на весь двор. Потому что весна! Потому что вечером, в 20-00 НРК! Потому что жизнь – прекрасна…

Ага, вот и до работы доползли. Столик…родной мой…дай-ка я тебя обниму… щекой прижмусь…хр… хр….

А? Что? Где? Мужчина, вы чего толкаетесь? Вы чего к девушке пристаете? Кто спит на рабочем месте? Это я думаю с закрытыми глазами! Над чем? Над тем, какую очередную гадость ждать от Воропаева. Кто он такой? А вы сами-то вообще кто такой? Начальник? Чей начальник? Мой? Ой, простите, Андрей Палыч, я вас что-то… Не Андрей, и не Палыч? …Ой, оговорилась, простите, Роман Дмитрич, что-то я сегодня…

Да что вы своим беджиком у меня перед носом размахиваете?! Прекрасно я помню, как вас зовут, Олег Витальевич…Антипенко…Странно, рукой махнул, убежал. Интересно, чего хотел-то?

Ладно, компьютер включу, поработаю. Так. Где тут соединение с Интернетом…Ага, сайт «Амедиа». Отзывов нет. Боже! Это же кошмар! Все, я никому не нужна!...В глазах темно… «Скорую»…Тьфу, черт, это же тема не моя. Фу, отлегло от сердца. Нет, с такими перегрузками работать просто невозможно. Все, перерыв!

Кофе, черный, двойной, пожалуйста. И зажигалку. Вчера? Ну конечно же, смотрела! А вы?.. Да, мне тоже…Да, я тоже…Вы правы, просто издеваются над нами. Отвратительная серия. Конечно, записала, всю, даже с рекламой…

Ну вот, я снова на рабочем месте. О, опять этот прибежал, начальник…папку какую-то тащит…Что это еще за бумажки? Перевести? На английский? Так, сейчас посмотрим…Контракт на поставку, отгрузку…Слушайте, что за сценарист вам это написал? Ни сюжета, ни смысла, язык ужасный! Бросьте, давайте лучше я вам фик по ним напишу...

Ой, и правда, бросил, на пол. И сам рядом упал. Плачет, бедненький. Стол за ножку укусил. Может, случилось чего?..

Да, доктор. Нет, доктор. Может, и переутомился… Вы его только хорошо лечите, не торопитесь выписывать. Нам здоровье начальника нашего любимого, вы же понимаете...

Увезли…А я уже соскучилась за шефом нашим ненаглядным. Пойду хоть в кабинете у него посижу, повспоминаю…за компьютером. Ух ты! Вот это скорость! Так, вот этот ролик - даунлоад, и вот этот - даунлоад, и фото Жданова – все даунлоад. Да, все 1500 метров…

Пошло качаться. Хорошо то как! А пока можно и поработать.

«….Юлиана направлялась к Кате с противоположной стороны. Подойдя к шезлонгу, она с удивление увидела рядом с ней темноволосого мужчину.
- Андрей?!»

Ну, вот и вечер! Здравствуй, любимый! Что это у нас так вкусно пахнет? Яичница? Подгорела? Ничего, тащи, я съем. Ты еще такой неопытный в ведении домашнего хозяйства… А еще у нас в холодильнике что-нибудь есть? Мышь дохлая? А почему дохлая? От голода повесилась? Н-да. Давай, что ли, пиццу закажем…Зачем ты женился? Откуда ж я знаю, зачем ты женился. Я-то ни разу не женилась…

Я займу компьютер, ладно? Нет, ненадолго, суток на двое. Ну, чего ты? Ну, не плачь, я же тебя люблю…Я люблю тебя, только не мешай, ладно?

Так, 19.55. Милый! Компьютер свободен!

Началось…Катя, что ты делаешь, вот объясни мне?! Быстро иди Жданову звони! Андрей, отойди от Киры! Отойди, я тебе говорю! Кыш!!! Ну, кто так сценарии пишет, а? Одно расстройство…

Любимый, а тебе кто больше нравится, Жданов или Малиновский? Тропинкина? У нее грудь красивая? Та-ак...Милый, я еще не сказала, что купила тебе абонемент в бассейн на всю неделю? На 20-00 ?

Ну, вот уже и титры…Так разволновалась…Надо успокоиться. Родной, пусти меня за компьютер, что ты сидишь перед ним весь вечер? Совесть нужно иметь!

«…-Я был занят.
- Чем, Андрей? Сегодня опять приходил адвокат «Никамоды», у нас максимум десять дней, чтобы остановить процесс!»

Какая-то подушка жесткая…и с кнопочками…Ой, это же клавиатура…Пора уже, наверное, спать. Четыре утра. Милый, подвинься!..

Только будильник не забыть на семь поставить. И положить его в дальний угол комнаты, на шкаф, чтобы достать можно было только с табуретки … чтоб утром с кровати не дотянуться…

+2

2

Леночка(Мурзик),спасибо! Просто обхохоталась,давно я так от души не ржала. Живо представила себе картинку с начальником. Ну кто этот сценарист,составивший такой договор http://i039.radikal.ru/0802/32/1ecd890fbd09.gif ,можно все цитировать
Лена,поскольку ты у нас Мурзик единственный и неповторимый, можно обойтись без приставки "второй"? или м.б. Мурзик 2

0

3

Мурзик Второй написал(а):

Вы правы, просто издеваются над нами. Отвратительная серия. Конечно, записала, всю, даже с рекламой…

http://www.kolobok.us/smiles/standart/rofl.gif  http://www.kolobok.us/smiles/standart/rofl.gif  http://www.kolobok.us/smiles/standart/rofl.gif

Мурзик Второй написал(а):

Милый, я еще не сказала, что купила тебе абонемент в бассейн на всю неделю? На 20-00 ?

http://www.kolobok.us/smiles/standart/good.gif Класс! Как сказала одна наша подруга "Мне свидетели во время просмотра НРК были не нужны"
http://www.kolobok.us/smiles/standart/grin.gif  http://www.kolobok.us/smiles/he_and_she/girl_haha.gif

Мурзик Второй написал(а):

Только будильник не забыть на семь поставить. И положить его в дальний угол комнаты, на шкаф, чтобы достать можно было только с табуретки … чтоб утром с кровати не дотянуться…

http://www.kolobok.us/smiles/standart/cray.gif  http://i039.radikal.ru/0802/32/1ecd890fbd09.gif
Мурзик Второй ПРЕЛЕСТЬ!!!!  http://www.kolobok.us/smiles/standart/good.gif  http://www.kolobok.us/smiles/artists/vishenka/l_daisy.gif  http://www.kolobok.us/smiles/artists/vishenka/l_daisy.gif  http://www.kolobok.us/smiles/artists/vishenka/l_daisy.gif

0

4

Мурзик Второй
Гораздо лучше Задорнова! Браво!Читала раньше и перечитала с неменьшим удовольствием!
Помню, когда я года 3 (или уже 3?8-)) впервые смотрела НРК, я ловила себя на мысли, будучи на улице, что, во-первых, не понимаю куда я иду, а во-вторых, мне все время казалось, что сейчас из-за угла выйдут или Андрей, или Катя или ещё кто-ниубдь из любимых героев 8-). Клиника одним словом! 8-)

Выкладывай здесь все свои фанфики, хоть и думала, что я уже ни за что не буду читать ничего по НРК, но ты заставила меня задуматься, что может быть я рано так решила 8-)

Отредактировано Даниэла (23.08.2013 22:09)

0

5

Мурзик Второй написал(а):

Девочки, вот выкладываю "Будни...", прошу учесть, что написано это быто, страшно подумать, почти 9 лет назад, в другой реальности, когда компьютер дома был только один, а высокоскоростной интернет был только у начальника

Ну,вобщем ,антик-чем старее, тем дороже !
Преступление :

Мурзик Второй написал(а):

Да, доктор. Нет, доктор. Может, и переутомился… Вы его только хорошо лечите, не торопитесь выписывать. Нам здоровье начальника нашего любимого, вы же понимаете...
Ой, и правда, бросил, на пол. И сам рядом упал. Плачет, бедненький. Стол за ножку укусил. Может, случилось чего?.. Увезли !

(без рубашки ?)
Первого отключила, а штобы не мешал  :cool:  :flag: " творить" !
Взялась за второго :

Мурзик Второй написал(а):

"Я займу компьютер, ладно? Нет, ненадолго, суток на двое. Ну, чего ты? Ну, не плачь, я же тебя люблю…Я люблю тебя, только не мешай, ладно?  . 
"Любимый, а тебе кто больше нравится, Жданов или Малиновский? Тропинкина? У нее грудь красивая? Та-ак...Милый, я еще не сказала, что купила тебе абонемент в бассейн на всю неделю? На 20-00 ?"

Хитрая,как ВЕСЬ женсовет и ВИКУЛЯ ! :crazyfun:
Наказание :

Мурзик Второй написал(а):

[Какая-то подушка жесткая…и с кнопочками…Ой, это же клавиатура…Пора уже, наверное, спать. Четыре утра. Милый, подвинься!..

И так каждый день уже 9 лет ? http://www.kolobok.us/smiles/madhouse/mail1.gif:smoke: а будильник цел ? Он уже тоже АНТИК ! http://www.kolobok.us/smiles/standart/yahoo.gif

Отредактировано natasha (23.08.2013 23:59)

0

6

Мурзик Второй написал(а):

Будни фанфикрайтера.

Спасибо, Мурзик, очень жизненная зарисовка, в реале у меня было спокойнее, конечно, но все мысли только о Неродиське, и работу забросила...
Люблю фан-фики с юмором, легко читаются и перечитываются...  :cool:

0

7

Ой, девочки, сижу и краснею :blush: спасибо!

Могу быть и не вторым Мурзиком, просто взяла старый ник...а можно как-то имя позьзователя отредактировать?

natasha написал(а):

И так каждый день уже 9 лет ?

Отредактировано natasha (Вчера 23:59)


Не, конечно и если честно, НРК я смотрела в первый показ, 2005-2006 год. Тогда бывало, что приходилось находиться на работе, хотя все дела уже были сделаны, вот я и стала переписывать то, что мне в сценариине нравилось, так получился "Пора признаваться, Жданов...", потом еще несколько фиков по инерции...потом НРК перестали показывать, а я ушла на другую работу, где сколько поработаешь - столько и получишь, стало не до фиков :)
Хотя до сих пор иногда захватывает ностальгия, что там говорить... 

Даниэла написал(а):

Мурзик Второй
Выкладывай здесь все свои фанфики, хоть и думала, что я уже ни за что не буду читать ничего по НРК, но ты заставила меня задуматься, что может быть я рано так решила
Отредактировано Даниэла (Вчера 22:09)


Я поищу, что еще осталось в живых! :)

0

8

Мурзик написал(а):

Могу быть и не вторым Мурзиком, просто взяла старый ник...а можно как-то имя позьзователя отредактировать?

Легко, просто Мурзик подойдет?  ;)
У меня есть "Ведьма" и "Уравнение Левицкого", кому прислать?  :flirt:

0

9

Елена написал(а):

Мурзик написал(а):

Могу быть и не вторым Мурзиком, просто взяла старый ник...а можно как-то имя позьзователя отредактировать?

Легко, просто Мурзик подойдет? 
У меня есть "Ведьма" и "Уравнение Левицкого", кому прислать? 
Подпись автора

У меня тоже !
ВЕДЬМУ МОГУ пересказать,уравнение Левицкого не читала,надо наверстать .Ведьма -чудо просто,лирична и непредсказуема,очень рекомендую !

Отредактировано natasha (24.08.2013 17:36)

0

10

А Мурзилка-это не ты ?

0

11

Это разные авторы.

0

12

Елена написал(а):

У меня есть "Ведьма" и "Уравнение Левицкого"

А можно "Ведьму" здесь прямо выложить, если автор не против, так удобнее, ИМХО,это же тема как раз для произведений нашего Мурзика?Пожалуйста!

"Уравнение" я читала 100% и помню хорошо, а вот "Ведьму" или не читала, или забыла :(

0

13

Ведьма.
Романтическая комедия.

Время летит, ах, как летит время…
Два года минуло с тех пор, как косила города и веси НРКмания, и вот уже редко кто вспомнит это таинственное заболевание, а если и вспомнит, то уж признаваться в этом вряд ли будет – стыдно.
«Вы бы еще «Санта-Барбару» вспомнили…»

Драгоценные диски с сериями пылятся на полке, друзья по несчастью (счастью?) разбрелись по просторам Интернета. Большинство и по именам, пардон, никам уже не вспомнишь. Только вот почему…Почему…

Нет, да и царапнет какой-нибудь случайно подслушанное в толпе «Андрей Палыч». Или остановит вдруг знакомый взгляд темно-карих глаз, от которого замрешь на минуту, потом встряхнешь головой, провожая незнакомца «Да…похож немного…на Жданова похож…»

Дважды в одну реку не войдешь.
Или…
А вдруг…

Слушайте же, я расскажу вам историю.

Два года назад эта река, в которую не войдешь дважды, по какой-то прихоти немного изменила свое русло. После кризиса в Зималетто Катя Пушкарева, временный президент фирмы, не успела догнать бывшего президента Андрея Жданова, и он улетел в какую-то далекую от России страну. По обыкновению, пил виски, проиграл немного денег в казино – все думал, как ему жить дальше.

Потом вернулся – прошло полгода. Он еще больше похудел, загорел дочерна. По приезду имел долгий разговор с отцом, после чего Павел улетел в Лондон, а Жданов – младший стал одним из его помощников. Наравне с Кирой, Романом и Милко, самыми крупными акционерами «Зималетто» на тот момент - помимо самого Павла, естественно.
Павел Олегович сам продолжил руководить компанией, больше не рискуя выпускать бразды правления из рук, благо – двадцать первый век, техника позволяет жить в благословенном туманном Лондоне и вести бизнес в Москве.

Кира все это время ждала, как и подобает истинной женщине, пока ее суженый найдет себя, а свадебное платье все это время висело в плотном чехле в просторной кладовой при мастерской Милко. Через полгода после возвращения Жданов оценил преданность Киры Юрьевны, сделал ей очередное предложение, и на этот раз пара действительно сочеталась законным браком. Они провели медовый месяц длиной в полторы недели где-то на Сейшелах, а по возвращении домой приступили к семейной жизни и исполнению производственных обязанностей в «Зималетто».

Катя ушла из компании вскоре после отъезда Андрея. Сначала работала с Юлианой, затем в семье Пушкаревых случилось несчастье. Пушкарева - старшего подвело сердце, и он надолго оказался в больнице. Врачи отводили глаза и не делали никаких прогнозов. В разгаре лета Катя очнулась на секунду от забытья (работа – больница - дом …редкие сны о том, что когда-то у нее было две ночи, и руки Андрея касались ее тела…)

В журнале, на развороте – фотография, он и она, Андрей и Кира. Глаза пробежали по строчкам интервью: «Какие у вас планы на будущее? – Мы оба как можно скорее хотим стать родителями, чтобы соединиться неразрывно в нашем ребенке…»

Голова закружилась, она еле успела добраться до ванной, где ее вырвало. На шум прибежала Елена, провела в комнату, на лоб – противное холодное полотенце. И слова, слова…Ты переутомляешься, Катенька, я сама буду заботиться об отце. А ты…о своей жизни нужно думать, тебе еще замуж выходить.

Вопреки ожиданиям, Валерий Сергеевич выжил. Вернувшись домой после долгого отсутствия, был слаб, медленно ходил по квартире, привыкал заново к родным стенам. Многого не узнавал – к его возвращению сделали ремонт. Больше всего не узнавал Катю. Несчастье разломало скорлупу, в которой запоздало прятался мягкотелый птенец. Валерий не знал – после его инфаркта Елена совсем расклеилась, расползлась, как то тесто, из которого она так любила лепить пирожки. Бесполезно сидела около больничной койки, а по вечерам все на кухне вязала бесконечные шарфики, а кому-то нужно было разговаривать с докторами, совать им в карманы розовые пятисотки и зеленые тысячи, доставать лекарства и дорогие продукты.

Словом, прежней Кати больше не было, а когда она исчезла – никто так и не понял, всем, как обычно, было не до нее. Как-то на границе осени и зимы, вернувшись в пустую квартиру (Елена и Валерий были на обязательной, предписанной прогулке в сквере неподалеку), Катя встала перед зеркалом и принялась вглядываться в свое уже полузабытое отражение.

Она похудела – похудела так, что теперь могла соперничать с моделями Милко. Одежда, которую она помнила как-то абстрактно – да, покупала когда-то вместе с Юлианой, была модной, но казалась чужой и висела, как на вешалке. Волосы длиной до плеч, смертельно уставшие глаза…
Она села на пол, прислонилась головой к стене: «Не могу больше…больше не могу…»

На этом печальная часть нашей истории заканчивается, и начинаются перемены к лучшему. На следующий день Катя Пушкарева взяла в отпуск и улетела в Турцию – на Сейшелы денег не хватило, да и не нужны ей были Сейшелы, она бы и в Сочи поехала, но после того, как Сочи стал готовиться к Олимпиаде, Турция оказалась дешевле.

Три недели она бродила по берегу, осматривала какие-то развалины и не думала ни о чем. В конце третьей недели, пересчитав наличные и увидев, что почти ничего не потратила, отправилась в парикмахерскую и срезала вместе с длинными волосами свою прошлую жизнь, оставив. Короткие встрепанные прядки темно-шоколадного цвета, которые вдруг дали окружающим понять, какие у этой девушки выразительные глаза (Только до чего же худая, Господи, цокали языками местные жители)

Вернувшись домой, Катя ушла от Юлианы в фирму по продаже недвижимости, вскоре приобрела в рассрочку квартиру и стала жить отдельно от родителей. Жизнь по-прежнему крутилась по ободу колеса работа – дом - родители, только теперь девушка могла наслаждаться кратковременным бесконтрольным одиночеством на собственной жилплощади. Впрочем, ей в голову не приходило использовать это для устройства личной жизни.

Так, прокрутила парочку быстротечных романов, чтобы утвердиться в своей женской силе, уверить себя и окружающих в собственной привлекательности, запрятав в дальний ящик тряпичную куклу по имени «очкастый монстр», но и только. Хотя в новой Пушкаревой порой стала проглядывать склонность к авантюрам. Во всяком случае, во время корпоративных вечеринок коллеги искрометно веселились с Катей во главе, а очередное первое апреля превратилось в грандиозный кошмар бухгалтерии, которая сплошь состояла из ископаемых питекантропов женского пола, у которых за ненадобностью вымерло чувство юмора.

Но, уважаемые господа…

Это все присказка, сказка будет впереди. Она начнется осенью, через два с половиной года после того, как глупая некрасивая девочка рыдала в шикарно обставленном кабинете оттого, что потеряла свою первую любовь.

Москва - не такой уж большой город. Во всяком случае, так казалось Кате, потому что она то и дело обнаруживала, что путь ее пролегает мимо здания «Зималетто», просто мистика какая-то. В первый раз, когда она шла по знакомой улице после долгого перерыва, ее всю трясло, Катя боялась, что потеряет сознание прямо на тротуаре. Потом стала спокойнее, перестала таиться, как неудавшийся грабитель, и по вечерам даже позволяла себе остановиться на несколько минут, сделать вид, что копается в сумочке, и посмотреть на окно Андрея.

Кабинет Андрея теперь располагался этажом ниже, чем кабинет президента. Катя знала об этом от Шурочки, с которой как-то столкнулась в метро, еще когда Валерий был болен, и с тех пор возобновила дружбу. Остальной «женсовет» частично уволился из «Зималетто», частично был поглощен своими проблемами, а может, не мог простить Кате египетского исчезновения. А вот рыжая Шура с печальными глазами ослика из «Винни-Пуха и всех-всех-всех» простила, помогла, была рядом, не лезла в душу – а что еще требуется, чтобы стать лучшей подругой?

Она ни разу не заговорила об Андрее и Кире. Бывало, упоминала что-нибудь о работе, но вскользь, без подробностей. А время все заштопывало раны коричневыми нитками, однажды стало невмоготу, и Катя спросила с улыбкой, больше похожей гримасу – как там Совет директоров, не ждет ли прибавления. Шура ответила, что на этот счет ничего не известно, но вряд ли, потому что дела идут не блестяще, и все работают, не покладая рук, чтобы выйти из очередного кризиса, а расширение семейства оставили на потом.

Грустная Шура говорила спокойно, как о чем-то незначительном, потому что между подругами давно считалось, что все прошло и быльем поросло. А Катерина, от которой теперь не осталось даже имени, ее теперь звали на новый лад - КатИ, с ударением на последнем слоге…Так вот, КатИ, у которой нет отбоя от кавалеров, просто вспоминает о детском увлечении.

А Катю вдруг охватило мучительное желание увидеть Андрея, хоть на минуточку, хоть издали…Желание столь сильное и острое, что, промучившись ночь, утром она позвонила на работу, сообщить, что задержится, и к началу десятого поехала к зданию «Зималетто, гадая, оставит ли Жданов машину на стоянке или загонит в подземный гараж.

Андрей и Кира приехали вместе, на машине Андрея. Это снова был черный джип, другой, но почти такой, как два года назад. Только теперь на переднем пассажирском сидела ослепительная и надменная Кира. Они оставили машину на улице и несколько метров шли по отмытому шампунем асфальту до ступенек.

Андрея Катя в эту «встречу» почти не запомнила, будто при виде его время растянулось, а потом рассыпалась мозаикой. Пара исчезла в холле, а Пушкарева, постояв несколько минут, пошла, натыкаясь на прохожих, как слепая, дальше по улице. Раньше ее, страшную, осыпали бы ругательствами; сейчас люди с удивлением уступали дорогу милой девушке с очень хорошеньким, но расстроенным личиком, смотрели вслед.

И Катя стала возвращаться к «Зималетто» , как возвращается преступник на место преступления. Она и считала себя преступницей – женщина, которая любила чужого мужа. Женщина, которого оттолкнула от себя любимого и тот редкий, почти невероятный шанс для них быть вместе. Женщина, не захотевшая простить, которая теперь следит за ним исподтишка, словно вор, крадущий крошки чужого счастья.

Она возвращалась снова и снова. Без всякой надежды, что Андрей , как в любовных романах, посмотрит вдруг в ее сторону, узнает, подбежит…Уже знала, что так не будет, не бывает. Стояла и просто смотрела на его окна, реже – на его машину, когда он оставлял ее на улице, и думала : там, внутри, пахнет его одеколоном. Вид принадлежащих ему или имеющих к нему отношение вещей как бы доказывал лишний раз существование на свете самого Андрея Жданова, и мир Кати переставал на время казаться пустым и бессмысленным.

Нечасто, где-то раз в месяц, она позволяла себе – как правило, в награду за какие-нибудь заслуги – прийти к «Зималетто» утром или вечером, в те часы, когда Ждановы приезжали на работу или уезжали домой. Тогда у нее было несколько секунд, чтобы увидеть Андрея с расстояния в тридцать метров, ближе она никогда не подходила.

Потом она перебирала эти секунды, как скупец – сокровища: вот джип по-особому, по-ждановски, коротко тормозит у разметки. Вот Андрей хлопает дверцей, обходит машину, чтобы подать руку жене. Между ними уже нет демонстративной галантности влюбленных, она уступила место устоявшейся слаженности супружеской пары - в движениях, в жестах. Еще десять секунд, пока он идет к ступенькам, ветер ерошит его короткие волосы, а на висках – седина, раньше не было. Наконец, Андрей пропускает Киру в дверь и входит сам, серьезный, собранный перед рабочим днем. Слава Богу, у него и в мыслях нет смотреть по сторонам.
Взрослый…

Прошло несколько месяцев, пока Катя осознала, что Андрей снова стал ее наваждением. Она приняла это открытие с покорностью тяжелобольного человека, который понимает, что отныне способен жить, только принимая определенные лекарства в определенные часы.

А однажды Шура позвала ее зайти в «Зималетто». Дело было так: они должны были встретиться, и Катя, которая заканчивала рабочий день часом раньше, поджидала Шуру на улице, переминаясь с ноги на ногу в тонких демисезонных сапогах на шпильке, и рассеянно думая о том, что в нелепых «бабушкиных» ботинках было, во всяком случае, теплее. Прождав около четверти часа на холодном ветру, девушка достала из сумочки мобильник и уже собралась звонить Шуре, чтобы сказать, что она подождет ее в какой-нибудь кафе поблизости, но в этот момент телефон заиграл мелодию .

- Катюх, прости, зашиваюсь! – зачастил из трубки звонкий и какой-то рыжий шурин голос.
- Ну…Давай тогда перенесем поход на субботу, - Катя старалась, чтобы зубы ее не выбивали дробь, пока она говорила.
- Нет уж! И так две недели собирались встретиться! Кать, а ты знаешь, что? Ты зайди ко мне, я охранника предупрежу. Я одна, никого нет. Ты же найдешь кабинет Романа? У меня работы всего ничего, на двадцать минут…А?

- Н-нет, я лучше… - начала Катя. И вдруг безрассудное желание вернуться пусть не в прошлое, но все-таки чуточку в прошлое, обмануть ту реку, в которую не войдешь дважды, заставило ее замолчать.

- Ну, так что? – нетерпеливо переспросила Шура.
- Я… - мысли Кати лихорадочно метались. В «Зималетто» уже никого нет. На входе новый охранник, бессменный Потапкин ушел со своего поста около года назад. Да и если встретится кто-то из знакомых, то вряд ли узнает ее сейчас, в этих сапогах на двенадцатисантиметровой шпильке, похудевшую почти на двадцать килограмм…
- Шура! – наконец отозвалась она.
- Да! Кать, ты что, заснула там от холода?
- Звони охраннику. Я поднимусь к тебе, если это не проблема. Ой…Ты будешь выписывать пропуск? – спохватилась она.
- Какой пропуск, - хмыкнула Шура, - я тебя умоляю…Все, поднимайся, жду!

Через десять минут Катя шла по коридору «Зималетто», в очередной раз удивляясь тому, с какой легкостью красивые девушки обходят все запреты и правила на своих высоких тонких каблучках…Охранник, не взглянув даже на ее паспорт, обалдело уставился Кате вслед и не отрывал взгляда, пока за ней не сомкнулись дверцы лифта. «Жданову бы пожаловаться, » - усмехнулась про себя Катя. «Нет, не те уже времена, не те…Потапкин меня целый месяц ежедневно сличал с пропуском. Впрочем…»

Впрочем, а Клочкову сразу пропускал без проблем. И самое смешное, что не так много изменилось во мне, думала Катя, рассматривая свое отражение в зеркале на стене лифта. Ну похудела, стрижка новая. Одежда. А по большому счету – та же самая. Или нет? Пожалуй, нет, внутри что-то не так. Гадкий утенок сгорел от стыда за себя, а из горстки пепла появилась Кати.

Это новое имя придумал кто-то из программистов на новой работе. Впрочем, теперь оно ей удивительно шло. Теперь в ее облике появилось что-то неуловимо французское – эта совсем короткая стрижка шапочкой, высокие скулы, тонкие запястья и лодыжки, тонкие каблуки. Когда я смотрю на вас, Кати, сказал один из ее новых боссов, я забываю о том, что я экономист. Эх, на Монмартр бы, пить вино с красивыми женщинами и рисовать картины…

Но во время этих тридцати шагов по коридору до приемной Романа, Кати отчаянно боролась с желанием втянуть голову в плечи и, забыв про походку и каблуки, шмыгнуть в ближайшую дверь, как испуганная мышь. Сердце колотилось где-то в горле, сжимаясь от испуга – или, может быть, от надежды – что Андрей еще не уехал из «Зималетто», а если уехал, то вернется за какой-нибудь забытой вещью. Но коридор оставался пуст, светильники подслеповато мигали в экономном режиме, все двери были закрыты, кабинеты – темны.

Катя безопасно добралась до приемной Романа, прикрыла за собой дверь, перевела дыхание и увидела Шуру, которая неподвижно сидела за столом, уставившись на кипу бумаг.

- Шур! Привет, – окликнула ее Катя.
- А? Привет, Катюх. Подожди меня еще десять минут, пожалуйста.
- Хорошо. – Катя сделала несколько шагов по приемной. - Шур, а ты уверена, что в «Зималетто» никого нет? Мне просто…не хотелось бы…
- Да уверена, уверена. – Шура потянулась к принтеру и вставила в него чистые листы бумаги. – Жданов после обеда пришел подшофе, Кира устроила скандал и ушла домой, а Андрей с Романом поехали… зализывать ждановские раны...
Взгляд Шуры по-прежнему был устремлен на монитор.
- В смысле? – опешила Катя.
- Ну, в смысле продолжения банкета.
- Андрей что, снова пьет? – осторожно спросила Катя, пользуясь тем, что подруга сосредоточена на работе и вроде бы ни на что не обращает внимания.

-Ну, не то чтобы прямо пьет…скажем так – по крайней мере, это не вредит работе.
- А Кира?
- А что Кира? Терпит. Иногда устраивает ему разгон по всем правилам, - Шура изобразила в воздухе хук справа и апперкот слева.
- А…Андрей?
- Катька, ты, честное слово, как маленькая! Ну, кому и когда удавалось перевоспитать взрослого мужика? Он живет так, как считает нужным.

Катя понимающе кивнула и, не снимая пальто, села на край кресла, сжимая в руках сумочку. Теплый воздух начинал обволакивать ее мягким коконом, и она старалась не двигаться, чтобы не спугнуть это приятное ощущение.
- Может, чаю? – спросила Шура, не отрываясь от работы.
- Нет, спасибо. Ты лучше побыстрее заканчивай, - попросила Катя, осматриваясь по сторонам.

Размеры новой приемной Малиновского были чуть скромнее прежних, но, как и раньше, расставлена была дорогая мебель, на стенах висели картины в абстрактном стиле, похожие на те, что Катя видела в холостяцкой квартире Романа.
Полузабытая обстановка вдруг вернула Катю в прошлое; те воспоминания, которые она загнала в самый дальний уголок души и заперла на ключ, вдруг вырвались на свободу, ломая хрупкий лед ее спокойствия. Катя медленно встала, провела по лицу рукой, намереваясь сказать, что ей душно и – бежать прочь, куда угодно, пусть даже на холодный ветер, но тут взгляд ее упал на лист бумаги, лежащий с краю на Шурином столе.
Почерк Андрея. Тот самый, как на его открытках. Его размашистая подпись.
Катя села. Убежать из «Зималетто» можно. Только куда убежишь от себя?

Х Х Х
Так у Катиной болезни появился новый симптом. Она приходила в «Зималетто» вечерами по пятницам, когда Шура обычно задерживалась на работе, чтобы закончить перед выходными дела, а Роман Дмитрич, как назлозаваливал ее работой во второй половине этого благословенного дня недели.

0

14

Остальные сотрудники исчезали с рабочих мест безмолвно и незаметно, как тени, зачастую намного раньше положенного часа икс, который означал переход в свободное состояние. Можно даже сказать, в состояние парения, в котором сотрудники и разлетались по своим семьям, друзьям и дачам. Начальству «Зималетто», пожалуй, это не понравилось бы, но оно, начальство, ничего не знало, потому что само перед уикендом уходило с работы пораньше, оставив офис на попечение Урядова. А старый котяра, около года назад познакомившись с юной стриптизершей из провинции, по пятницам тоже стал пренебрегать своими церберскими обязанностями, стараясь побыстрее улизнуть с рабочего места.

К началу седьмого царство пустых кабинетов, холлов и мастерских, задрапированных дорогими тканями, оставалось покинутым и пустым. На столах высились бастионы папок и скоросшиватерей, щерились в подставках пики карандашей и ручек, трепыхались мобили, как пойманные бабочки…Становилось тихо, как в сказке про внезапно уснувшую царевну. Только молодая женщина медленно проходила по коридору до двери одного из кабинетов, кончиками пальцев касалась дверной ручки, ласково гладила холодный металл, замирала на мгновение, и так же медленно уходила.

Катя больше не боялась, что ее узнают. Во-первых, как правило, узнавать было некому. Во-вторых, подходя к «Зималетто», она теперь надевала стильные дымчатые очки в пол лица, которые вроде бы и не темные, но с другой стороны, и не разглядишь за ними ничего. А в третьих…в третьих, она уже имела шанс убедиться в том, что изменилась за это время до неузнаваемости. Как-то раз она встретила Киру в пустом холле около ресепшена. Та скользнула по ней оценивающим взглядом, холодно осведомилась «Вы к Милко? Кастинг закончился два часа назад.» Перепуганная Катя, утратив дар речи, только качнула отрицательно головой. Кира намеревалась спросить что-то еще, но, на Катино счастье, в это время у Воропаевой – то есть, пардон, у Ждановой – зазвонил мобильный, и она, ответив на вызов, пошла к лифту. А Катя со всех ног бросилась в спасительный Шурин кабинет.

Через пару недель Роман, выходя из своей приемной, буквально столкнулся с Катей нос к носу, но тоже не узнал ее, заинтересованно посмотрел вслед. Но Катя предпочла пройти мимо и продефилировать к женскому туалету, где и дождалась, пока Роман не скроется в конце коридора.

Два раза она видела Андрея. Один раз он прошел мимо нее, и сердце сладко замерло от испуга и радости в те секунды, когда она смотрела ему вслед. Он шел, о чем-то задумавшись, рассеянно поигрывая ключами от машины, чуть наклонив голову вперед, а полы незастегнутого пальто, тоже черного, только теперь длинного, распахивались при каждом его шаге. С тех пор Катя, подходя к «Зималетто», всегда смотрела на окно Жданова-младшего – выключен ли свет, но это не помогло, и во второй раз получилось еще страшнее. Андрей шагнул в кабину лифта, когда дверцы уже готовы были закрыться. Вот тут Катя действительно была близка к обмороку, увидев перед собой знакомую руку с дорогими часами на запястье, нажимающую на кнопку нужного ей этажа. Но заставила себя собраться и нажала кнопку одного из верхних этажей.

Андрей стоял, отвернувшись, но вдруг почему-то бросил на Катю осторожный взгляд. Перепуганная девушка перестала дышать, потом открыла сумочку и, низко наклонившись над ней, стала судорожно рыться в ее содержимом. Тут под руку ей попался какой-то журнал, она вытащила его и, ничего не видя, раскрыла перед лицом, делая вид, что полностью погружена в чтение.

При этом потерявшая от страха голову Кати и не вспомнила, что это за журнал, и откуда он взялся. Она совершенно забыла, что под конец рабочего дня в офисе закончились коробочки для RW –шных болванок. Недолго думая, она схватила со стола в приемной первое попавшееся издание из кипы, предназначенной для развлечения ожидающих посетителей, вложила пару дисков между его страниц, а потом сунула в свою сумочку, чтобы дома просмотреть записанные программы…

Андрей, возвращавшийся в свой кабинет за забытым телефоном, сначала не обратил внимания на стоящую в лифте девушку. Где-то на середине пути удивился, куда это она едет так поздно, к тому же короткая юбка и полупальто до колен не скрывали ее стройных ног, и он автоматически стал смотреть на них…А когда перевел взгляд выше, то лицо поздней посетительницы уже спряталось за обложкой журнала, который та с интересом читала. Глаза Андрея изумленно расширились – эта со вкусом одетая, элегантная леди казалась полностью поглощенной чтением омерзительно розового «Дома-два» с какой-то парочкой идиотов на обложке.

Удивление отвлекло его от мелькнувшей мысли, что девушка кого-то ему напоминает, и он вышел на своем этаже, укоризненно покачав головой вслед удаляющемуся лифту, мол – куда катится этот мир…

Когда дверцы лифта захлопнулись, Катя прислонилась спиной к пластиковой панели и закрыла глаза. Через несколько секунд кабина вновь замедлила ход, двери распахнулись, и девушка шагнула в холл, принадлежащий компьютерной фирме «Винта». Колени дрожали, и высокие каблуки так и норовили подвернуться, но сил хватило на то, чтобы, несмотря на желание лишиться чувств (ах, как же не ценили своего права на обморок жеманные дамы прошлых столетий!), направиться в сторону лестницы, не дожидаясь, пока появится охранник, дежурный по этажу, и спросит, что она, Катя, здесь делает в такое время. Криминала в этом, в общем-то, никакого нет, просто Катя чувствовала, что не в состоянии сейчас ни с кем разговаривать, ее трясло в ознобе, а вокруг все плавилось и сливалось в радужные пятна.

Не узнал!
Не узнал…
Чего больше - облегчения и радости, или горькой пустоты и обиды?

А чего ты хотела, дурочка, Золушка несчастная? Неужели ты – всерьез – могла подумать, что Андрей Палыч Жданов тайком хранит в своем столе фотографию очкастого крокодила? Разве как раритет. Кунсткамера Петра Великого…

«Но я же…потом…он сам говорил что я изменилась! ...Уже тогда, после Египта…И - вычеркнул меня из жизни, из памяти...»

Ну и что? Все равно, ты - секретарша. Он – президент фирмы. Что в тебе особенного? Всего лишь одна из «допущенных к телу». Ну, закончила ты МГУ. Что там еще в активе? Стажировка в Германии, ха-ха, кого сейчас этим удивишь? Студентка, спортсменка и просто …да уж, и просто красавица! И - а что такого было-то? Ну, соприкоснулись на полгода два ваших мира, и растеклись в разные стороны, как масляная капля и капля воды. Как ни крути, не размешаешь до однородности.

«Ну да… кто ты…а кто я…» - откуда всплыла эта фраза, будто сказанная на ухо знакомым голосом?

И в этих своих мыслях Екатерина Пушкарева, новоявленная КатИ, как и все женщины порой, была необъективна. Ну ладно, ладно, не все! Бывают дамы, всегда объективные, обстоятельные и рассудочные. Но увы – или, может, к счастью? – Екатерина, а особенно КатИ, никоим образом к ним не относились, особенно сейчас, когда в воздухе еще чувствовался аромат знакомого одеколона. И поэтому она совершенно необъективно недооценила те перемены, которые произошли в ее внешности, и теперь совершенно напрасно обвиняла Андрея Павловича в черствости и донжуанстве.

На самом деле, Андрей совершенно обоснованно не узнал Катю, несмотря на …(Впрочем, не будем пока раскрывать все карты, сославшись на то, что мужская душа – потемки). Во-первых, в большинстве случаев мы не узнаем даже хорошего приятеля, если не ожидали его увидеть в том месте, где случайно встретились. А во-вторых, у человека, сбросившего больше четверти собственного веса, совершенно меняется фигура, походка, жесты, овал лица… и - зачастую, сама судьба.

Так что зря Пушкарева расстраивалась - ее бы сейчас родная мама Елена Александровна не узнала бы, если бы не видела с той самой памятной весны. Плюс стильные вещи какой-то враг народа, как нарочно, шьет так, что они сидят идеально только девушках, которые фигурой напоминают скелет из кабинета биологии. Пушкарева скелет еще не напоминала, но одежда (а ей, естественно, пришлось сменить весь гардероб, причем покупала новые вещи уже не Катя, а КатИ) сидела потрясающе, изумительно, притягивая завистливые взгляды дам и мечтательные - джентльменов.

Но сейчас Катя, шагая по ступенькам вниз, едва сдерживала слезы и до боли закусывала губы. Вот и пойми этих женщин: сначала прячутся за очки и кошмарные бульварные журналы, потом плачут из-за того, что их не узнали…

Спустившись по лестнице до этажа, где располагался офис «Зималетто», Катя приоткрыла дверь с лестничной площадки и дождалась, пока не послышались мужские шаги. Андрей размашистым шагом прошел по холлу, дождался лифта и скрылся за его дверьми.

Выждав несколько минут, девушка прокралась на цыпочках мимо пустого ресепшена, но в противоположном направлении, а потом бегом бросилась по коридору, стараясь не стучать каблучками, не будить густую тишину. Наконец - спасительный кабинет Шуры, можно закрыть за собой дверь и перевести дыхание.

Шура подняла голову от монитора.
- Катя? Что случилось? За тобой оборотень гнался?
Катя помотала головой, все еще пытаясь восстановить дыхание.
- Я …сейчас со Ждановым в лифте ехала.
-Да? – Шура заинтересованно повернулась к Кате в крутящемся кресле. – И что?
- И…ничего. Он меня не узнал.
- Неудивительно, Катюх. Ты же у нас теперь такая красотка стала…
-Да ну тебя, - Катя наконец шагнула к дивану и села.- Больше не буду к тебе подниматься. Буду на улице ждать. Я так испугалась, что чем-нибудь себя выдам…
- А чего тебе его бояться?
Пушкарева искоса посмотрела на Шуру.
- Просто…ну, не хочется объяснять, что я тут делаю в такое время, да еще без пропуска.
- Ой, брось ты, - та снова отвернулась к экрану монитора. – Подумаешь…Что тут такого, у нас же не какой-нибудь там военный объект.
И тут взгляд Кати упал на свернутый трубочкой журнал, который она все еще сжимала в руке.
- Что это?! – воскликнула она с отвращением и ужасом.
Шура посмотрела на нее, перевела взгляд на журнал в розовой обложке.
- Точно не знаю, но, по-моему, «Дом-два».
- Откуда он?!
Шура с интересом вернула взгляд к Катерине.
- Хм…забавно. Поскольку еще пять минут назад его здесь не было, и поскольку ты держишь его в руке, логично было бы предположить, что ты принесла его с собой.
- Я?! Это?...Ч-что…о Боже!
Катя с ужасом швырнула несчастное издание на стол и схватилась за голову, взлохматив пальцами волосы.
- Какой кошмар...
- Да что с тобой? Ты какая-то сегодня неадекватная, - Шура наконец поднялась, вышла из за стола и присела рядом с Катей. – Причем тут «Дом-два»?
- Я им от Жданова в лифте прикрывалась, - простонала Катя.
- А откуда он у тебя?
- В офисе взяла, диски завернуть. Не посмотрела, что беру…
- Ну и что?
- И теперь он думает, что я читаю эту …это…- в голосе Кати слышалось отчаяние.- Ты бы хотела, чтобы кто-нибудь подумал, что ты читаешь этот …ж-журнал?
- Так ты ж сказала – он тебя не узнал! Какая разница, что он подумает? Он-то думает, что это была другая девушка, а не ты!
- Да…Но я-то знаю, что это была я!!

Катя уткнулась лицом в ладони. Шура некоторое время озадаченно смотрела на нее, потом, очевидно, отчаявшись что-либо понять, поднялась.
- Так… Тебе срочно нужна «маргарита»…
- Рудольфовна?
- Нет, обычная, в бокале. Ты, Кать, сегодня не в себе. Сейчас я выключу комп, мы пойдем и примем что-нибудь… от стресса!

Через четверть часа девушки вышли из здания «Зималетто». На улице было холодно, осень ходила в полутьме по желтому ковру. Прохожие уже не перепрыгивали через лужи, а скользили по их ледяной поверхности, в которой отражались фонари. Госпожа судьба, зевнув и соскучившись, проводила Катю рассеянным взглядом – точно таким же, каким недавно провожала черный джип, выехавший из подземного гаража - и побрела в противоположном направлении, оставляя наших героев на целый месяц без присмотра, предоставленных самим себе.

Миновал роскошный золотой октябрь, и на смену ему явился вечно простуженный старикашка-ноябрь. Судьба хандрила…Вечерами она сидела у камина с бокалом виски, и меланхолично раскладывала пасьянсы, тасуя карты своей старой, засаленной колоды. Короли, дамы, валеты ложились веерами – кому казенный дом, кому дальняя дорога. Хорошо бы, думала судьба, подбросить дров, скинуть плед и расставить на клетчатой доске шахматные фигуры, да сыграть не с кем, а разгадывать свои собственные хитроумные ловушки – надоело. В рассеянности она выронила на пол несколько карт, нагнулась за ними и выпрямилась, разглядывая трефового короля и даму червей. Очень любопытно, вдруг подумала судьба, очень любопытно…

Положив короля на стол слева от себя, а даму – справа, она перетасовала колоду и принялась выкладывать карты, заполняя стол их причудливой мозаикой.

Как же холодно, думала Катя, выйдя из троллейбуса и остановившись, чтобы закутаться в длинный шарф, который сбился с волос на плечи. Неделя выдалась та еще, и так не хочется ни в какой клуб. Сейчас бы домой, под теплое одеяло, согреть себе чаю…Но Шура целую неделю жужжала об этом «Капитане Грине», что пришлось пообещать сходить с ней, договорились на этот вечер. Бросив тоскливый взгляд на освещенный вход в метро, Катя вытащила из сумочки телефон и трясущимися от холода пальцами набрала номер подруги.
- Але! – донеслось откуда-то издали, Шурин голос то пропадал, то появлялся.
- Шура, привет! Это Катя….тебя плохо слышно!
- При..т! – донеслось из трубки. – Тебя …оже. Ты….
- Что?
- Где ты, сп …шиваю!
- Я на остановке, иду к тебе!
- Где? Ты….
Голос Шуры совсем пропал почти на минуту, но потом все же вынырнул из глубин эфира:
-… Так что …бинете …тарши Павла Олеговича.
- Ты в кабинете секретарши Павла Олеговича? – переспросила Катя.
- Да. Только…у…он…ка. – Шура снова пропала
- Шур, ты меня извини, пожалуйста, но я очень плохо тебя слышу. Ты спускайся, и все мне расскажешь, ладно?

-…где…..нельзя….иди…сейчас….буду ждать тебя, - с перерывами донеслось до Кати, после чего в трубке раздались частые гудки. Катя вздохнула. Понятно, что Шура замещала секретаршу Павла - видимо, он прилетел из Лондона на Совет директоров, она что-то говорила об этом в начале недели. И уйти ей пока нельзя, хотя окна остальных кабинетов, в том числе и самого президента, уже темные.( Катя повернула за угол, подняла голову и привычно скользнула взглядом по окнам открывшегося ей здания «Зималетто»)

Наверное, Шура ждет какого-то телефонного звонка, или доделывает документы. Ждать ее на улице…Катя поежилась – холодный ветер насквозь продувал ее легкое полупальто. Но подниматься в тот кабинет, с которым столько связано…Впрочем, проходит же она почти каждую пятницу мимо кабинета Андрея. Главное, не давать волю эмоциям. В одну реку нельзя войти дважды.

И все же Катя упрямо простояла перед входом целых четыре минуты, пританцовывая на месте от холода, после чего решительно вошла в холл, кивком и улыбкой поприветствовала охранника Лешу, который при ее появлении вскочил на ноги и залился пунцовым румянцем, и направилась к лифту.

После своего ухода из «Зималетто» Катя еще ни разу не поднималась на этаж, где находился бывший кабинет Андрея. Сейчас там было тихо, полутемно. Она проходила мимо знакомых картин на стенах, миновала диван в холле; все казалось нереальным, странным, как во сне, будто оттолкнись от пола – полетишь…

Дверь в приемную господина Жданова-старшего была приоткрыта, из нее в коридор падал неровный ромб света. Катя осторожно перешагнула порог.В комнате никого не было. Компьютер был выключен, но на краю стола лежала приоткрытая шурина косметичка, из которой любопытно таращились наружу две помады и тушь.
- Шура! – негромко позвала Катя. Никакого ответа. В кабинете Павла свет был выключен, но через стеклянные вставки в двери каморки туда проникал свет.

Прогоняя наваждение, Катя тряхнула головой – ей вдруг показалось, что сейчас из кабинета, как раньше, выйдет Андрей, и эта мысль испугала ее, но - нет, это же теперь не его кабинет. Да и что ему делать в офисе в такое время? Это – час секретарш с неустроенной личной жизнью, которые вполне могут задержаться после работы на пару десятков часов, потому что их все равно никто нигде не ждет…

А господин Жданов ужа давно развлекается в каком-нибудь модном клубе, или, может быть, он дома, с Кирой…Кстати, интересно, они живут в его квартире, где она ни разу не была - не удостоилась чести? А может быть, в Кириной, или купили загородный дом? Нужно будет, подумала Катя, как-нибудь осторожно выспросить у Шуры, которая сейчас, с грохотом роняя что-то с полок, копошилась в бывшей Катиной каморке.

Катя хотела было пройти через полутемный кабинет в каморку к Шуре, но вдруг смутилась, будто ее застали за чем-то недостойным, отступила назад, прикрыла дверь и подошла к секретарскому столу. Постояв, присела на стул, расстегнула полупальто, размотала шарф. Потом, спохватившись, вытащила из сумки затемненные очки (мало ли что…), и одела их, глядя в зеркало на стенке шкафа, которое осталось от Клочковой, Затем рассеяно перевела взгляд на Шурину косметичку, потянулась за помадой, открыла тюбик, понюхала…попробовала на руке…Услышала, как хлопнула дверь каморки…И тут, очнувшись от задумчивости, поняла, что шаги и кашель в кабинете президента никак не могут принадлежать Шуре.
Потому что Шура не кашляет басом.

Мгновенно забыв как дышать, Катя положила помаду и медленно поднялась. Бежать! Она схватила сумочку, но поняла, что путь к бегству отрезан: шаги в кабинете замерли около письменного стола, а потом Катя услышала, как скрипнуло кресло, щелкнул выключатель настольной лампы и кто-то передвинул клавиатуру по столу. Через несколько секунд до нее донеслась тихая инструментальная музыка.

Если сидишь за президентским столом (кому, как не Кате это знать!), и дверь в кабинет открыта или хотя бы приоткрыта, как сейчас, то отлично видно того, кто проходит мимо! Тем более, что шаги в такое позднее время обязательно привлекут внимание. А встречаться с Павлом Олеговичем ей до сих пор было невыносимо…невыносимо стыдно, еще хуже, чем с Андреем. Нужно дождаться Шуру…пусть отвлечет внимание Павла …а она тоже хороша – подруга называется, позвать сюда, когда шеф еще не ушел! Сама же сказала – «буду тебя ждать»!

Кроме музыки, из кабинета ничего не было слышно – очевидно, его хозяин погрузился в работу. Катя осторожно взяла со стола сумку и шарф и беззвучно шагнула по направлению к двери. Еще шаг…следить за тем, чтобы на дверь не падала тень – там дурацкие полупрозрачные вставки, черт побери, разве не должна у начальника такого уровня быть массивная деревянная дверь, например, дубовая?!

Вдох, тихий, будто пьешь воздух…Выдох…Шаг…Вдох…

Резкий телефонный звонок прозвучал, как иерихонская труба, заставив Катю в ужасе зажать рот ладонью. За доли секунды у нее в голове прокрутился фильм ужасов о том, как Павел, отвлеченный от работы звонком, выходит в приемную, застает ее в дверях и сурово вопрошает, что она здесь делает…обвиняет в промышленном шпионаже, краже канцелярских принадлежностей, и…и…. Потом блеснула слабая надежда, что Павел отвлечется на звонок, и она сумеет незамеченной проскользнуть мимо полуоткрытой двери. И наконец она сообразила, что телефон звонит только на столе секретаря, а в кабинете Павла Олеговича по-прежнему раздается только тихая музыка.

0

15

В мгновение ока Катя оказалась около стола и сняла трубку. Первой мыслью было просто заставить телефон замолчать. Что она будет делать дальше, девушка не знала.
- Алло! Алло?! – раздался из трубки незнакомый женский голос.
Катя, вопреки рассудку надеявшаяся, что звонит Шура, которая каким-то образом вызволит ее из этой нелепой ситуации, разочарованно вздохнула и поднесла трубку к уху.
- Компания «Зималетто», приемная господина Жданова, добрый день. – Катя старалась говорить тихо и подражать Шуре; впрочем, из кабинета по-прежнему доносилась только музыка, наверное, Павел увлекся работой и ничего не слышал.

- Здравствуйте,- голос у звонившей женщины был мелодичный, хорошо поставленный, но говорила она как будто с легким акцентом. - У меня на сегодня назначена встреча с господином Ждановым, но я не смогу прийти. Не могли бы вы передать ему мои извинения, и чтобы он меня не ждал?
- Да, конечно. Как ваше имя?
- Эвелина.

Катя пододвинула к себе пачку стикеров и взяла карандаш.
- Да-да, Эвелина…простите?
- Просто Эвелина.
Катя беззвучно усмехнулась. Манекенщицы почему-то весьма часто скрывали свои скромные реальные имена за громкими и, как им казалось, красивыми вымышленными. Впрочем, ей-то какая разница…

- Я записала вашу информацию. Ее обязательно передадут господину Жданову.
- Спасибо. Всего доброго.
- До свидания.

Услышав короткие гудки, Катя положила трубку, дописала к имени на листе: «была назначена встреча с г-ном Ждановым, не сможет прийти» и прилепила стикер к монитору. Ободренная тем, что Павел не обратил внимания ни на звонок, ни на ее голос, Катя снова шагнула к двери, намереваясь прошмыгнуть к желанной свободе, но тут из коридора послышались шаги. Девушка в панике заметалась по приемной и в последний момент успела втиснуться в узкое пространство между стеной и шкафом.

«Если это Шура, то я ее придушу…»
Шаги пересекли приемную, распахнувшаяся дверь стукнула ручкой по стене и Катя чуть не застонала от досады – теперь пройти мимо двери незамеченной не оставалось никаких шансов. Зато каждый звук из кабинета доносился до Кати предельно отчетливо, несмотря на игравшую музыку.

- Ну что, мой друг, пятница, вечер, а ты сидишь вот здесь, и…кстати, а тебе говорили, что пить в одиночестве вредно?
- Отстань, Ромка… - раздался голос, от которого Катя похолодела. – …Шел бы ты домой, а?
- Ага, я, значит, домой, а ты? Что ты, вообще, здесь делаешь в такое время? У тебя здесь…Кажется, я начина-аю дога-адываться, - протяжно произнес Роман и присвистнул.
- У меня деловая встреча.
- Ну да, ну да…Естествено, ага. Деловая… В такое время... При таком освещении…Дур-рак ты, Жданов, хочешь, чтоб тебя опять Кира застукала, как в тот раз? Не надоело?
- Малиновский! – Андрей повысил голос, и стало понятно, что он уже неплохо выпил. – Хватит паясничать. Сказал же – деловая встреча. Я что, студент, которому некуда поехать с девушкой, и поэтому он остается дежурить в ночную смену?
.- А почему так поздно? Что за дела такие срочные?
- Да понимаешь, Ромк …Идиотская такая история, я даже сам не знаю…самому стыдно.
- Ну, давай, рассказывай. Девять-один-один на связи.
- Ты меня только идиотом не считай…
- Ладно, давай без предисловий! А то я начинаю нервничать.
- В общем…Ты помнишь Костю Зубенко?
- Помню, конечно. Модельер. Лет пять назад у него бизнес прогорел. Совсем было дело швах, ты еще ему тогда помог.
- Ну да. Так вот, он после этого раскрутился лучше прежнего, филиалы по всему миру и все такое. И вот… я его встретил три дня назад, на фуршете. Ну, слово за слово, куча благодарностей: Андрюха, спасибо, что ты меня тогда выручил, больше никто не помог, а ты денег не побоялся дать, и все такое. А потом…- Андрей замолчал.
- Ну? Палыч, не темни! Что, опять денег просит?
- Да нет, наоборот! Я, говорит, тебя отблагодарить хочу.
- Денег дать?
- Малиновский! Или ты замолчишь, или я ничего рассказывать не стану!
- Молчу, молчу! Рассказывай.
- В общем, говорит, что не просто так у него бизнес в гору пошел. Что ему в этом какая-то ведьма помогла.
- Кто?!
- Ну, я не знаю – ведьма, колдунья, астролог, как их там правильно…Я не вникал.
- Он не слишком ли много выпил, этот Костик?
- Я тоже так подумал. Но он казался трезвым, вроде вообще не пил. Сказал, что у этой…хм…дамы весь Кремль консультируется, только она не с каждым работает. Что достоверность близка к ста процентам.. И сказал, что вызовет нам эту…колдунью, или как ее там.
- Ну, и?
- Да я вообще забыл на следующий день про это, думал, это шутка такая идиотская. А он сегодня перезванивает и говорит, что договорился о встрече. В семь часов, в кабинете президента. Потому что там вибрации…какие-то…
- О Боже! Жданов…ты вот хоть сейчас понимаешь, какой бред ты несешь?
- Понимаю, - уныло сказал Жданов. – Косте неудобно было отказать. Трудно все-таки человеку в лицо сказать, что он псих.
Мужчины помолчали.

- Половина седьмого, - сказал Роман. - Что ты собираешься с ней делать, если она еще, конечно, придет?
- Отделаюсь от нее быстро и вежливо, и поеду…
- Куда? – оживился Малиновский.
- Ну…А что, есть предложения?
- Да так…Мы с девчонками едем в «Декаданс», оттуда ко мне…Ведьм, конечно, не обещаю, но… - Голос Романа стал мечтательным. -…наяды…дриады...русалки…
-…гномы…гоблины…- в тон ему подсказал Андрей.
- …гно…Жданов, в общем, ты можешь, конечно, оставаться здесь до утра, но острить тебе придется самому себе, потому что я пошел, - в голосе Малиновского зазвучала детская обида.
- Ладно, давай. Подъеду, как только освобожусь.

Роман вышел в приемную и обернулся к Андрею.

- Ты только смотри, руки не распускай, а то колданет тебя…в жабу…
- Иди уже…инструктор, -донеслось из кабинета.

«Закрой дверь!» - беззвучно взмолилась Катя. – «Ну пожалуйста, закрой дверь в кабинет!»
Но Роман вышел в коридор, оставив обе двери нараспашку. Не в силах больше сохранять неподвижность, Катя выбралась из закутка и перевела дыхание. Беззвучно подобравшись к открытой двери в кабинет, она перешагнула опасное пространство и бросилась к спасительному коридору, но не успела. За ее спиной раздался знакомый, чуть хриплый голос
- Эвелина? – переспросил Андрей. – Добрый вечер! Пожалуйста, проходите в кабинет.
Катя медленно обернулась.
Застыв от ужаса , Катя молча смотрела на Андрея. Вглядывалась в его лицо, в морщинки вокруг глаз, и, забыв о полной абсурдности ситуации, помнила только о том, как эти глаза и эти сухие губы когда-то были совсем рядом. Помнила, как прогоняла память о них бессонными ночами, смывала слезами, и - бесполезно, все равно сейчас прошлое на мгновение вернулось в этот кабинет и набросило на них тонкую серебряную сеть, запутало, потянуло друг к другу…

А Жданов, казалось, тоже забыл, зачем он задержался на работе так поздно – из-за какой-то там гадалки или ведьмы, просто чтоб не обижать старого приятеля. Он стоял, по обыкновению широко расставив ноги и глубоко засунув руки в карманы, и чуть покачивался на носках, будто готовый сорваться с места гибким и точным движением тренированного тела – как он все-таки похож на хищника, подумала Катя. Андрей закусил нижнюю губу – что-то хотел добавить, но забыл, что…
«Ой-й…Кажется, опять перебрал…Что ж ей сказать-то?....Что там принято у них…не знаю…как с ними вообще разговаривать?...»
Наконец он, спохватившись, шагнул к ней:
- Меня зовут Андрей Жданов! Я – вице-президент «Зималетто».
Этот шаг и подтолкнул завязку нашей истории, потому что Катя, очнувшись от оцепенения, вдруг увидела лицо Андрея совсем рядом и рванулась в спасительный полумрак…нет, не коридора, а президентского кабинета.

Почему? Да потому, что убегать по коридору в такой ситуации было бы не только крайне неосмотрительно, но и вообще глупо. Шестьдесят процентов из ста, конечно, что Жданов просто покрутил бы пальцем у виска, рассказал бы шкафу с документами, что он думает о всякой мистике в целом и о женщинах в частности, и поехал бы домой, к злой и заждавшейся Кире Юрьевне. Но ведь оставалось еще сорок процентов на то, что Андрей позвонит охраннику, а то и сам попытается догнать странную дамочку и выяснить, нет ли тут промышленного шпионажа….

В общем, Катя на ватных ногах прошла мимо Андрея в кабинет, где настольная лампа отбрасывала круг на часть стола, все остальное растворялось в мягком полумраке. Несмотря на испуг, ее аналитический ум продолжал работать, высчитывая проценты и выстраивая линии вероятности

«Здесь темно, он меня не узнает. Судя по его разговору с Романом, сейчас он постарается побыстрее от меня отделаться, и я смогу уйти…Да, самым верным решением было войти сюда. Теперь главное, чтобы по голосу не узнал…»

В кабинете, девушка остановилась и обернулась, стараясь стать против света. Андрей вошел вслед за ней и протянул было руку к выключателю, но Катя, у которой от страха пропал голос, судорожно замотала головой:
- Н-нн..
- Не нужно? Ах, да…Простите. Я…собственно, не знал, что…конечно, можно было догадаться, …Ну, что свет вы не используете….
Катя смотрела на бывшего шефа в нетерпеливом ожидании, когда же он начнет от нее отделываться, но Жданов тоже молчал.
- Присаживайтесь, - вдруг сказал он, указав на одно из кресел.
Катя рухнула в кресло и вцепилась в подлокотники. Андрей шагнул вперед и сел напротив. Девушку будто обожигала знакомая порывистость его жестов.
- Уважаемая…Эвелина. Мне… вас рекомендовал Константин. Очень…хорошо о вас отзывался. Э-э-э…должен, правда, признаться, что я вообще-то ни во что такое – магическое - не верю…

Катя перевела дух. Сейчас она дождется подходящего момента, пожмет плечами – недоуменно, или обиженно, это уж как получится, оскорблено вскинет подбородок и гордо покинет «Зималетто». Потом зайдет в ближайшее кафе, чтобы выпить кофе с коньяком…точнее, коньяка с кофе….И – прямиком к Шуре домой, совершить какое-нибудь предумышленное жестокое злодеяние.

- …Впрочем, ситуация такова, что впору…действительно обращаться только к магии, - неожиданно закончил Жанов. – Все остальное мы уже перепробовали.

Он поднял голову, словно ожидая вопроса, но вопроса не последовало. Катя, ожидавшая чего угодно – насмешек, иронии, скрытого сарказма, но только не этого тяжелого и больного взгляда, молчала.
- Словом, я…делайте все, что нужно, Эвелина, - закончил Андрей. – Если нужны какие-то дополнительные расходы, я…
Жданов полез в карман, как Кате показалось, за бумажником, и она в ужасе отрицательно замотала головой. Андрей смутился. Поистине, он не зал, что говорить и чего ожидать от этой странной девушки – кстати, он удивился тому, что она так молода. Судя по имени (и по профессии), он представлял себе женщину где-то под пятьдесят, этакую полную брюнетку с ярко-красными губами и невыраженными признаками шизофрении. А тут – хрупкий, почти прозрачный эльф в огромных очках, который не дают толком рассмотреть ни лица, ни глаз. И эта смутная загадка ее облика дразнит, притягивает…
- В общем, приступайте, - по-казенному сухо закончил Жданов.
Катя неуверенно встала. Андрей тоже поднялся на ноги.
- Я не помешаю? – спросил он. – Мне, может быть, выйти?
Катя в очередной раз покачала головой и наконец разлепила пересохшие губы:
- Мне…начну с приемной, - хрипло сказала она, сама не узнавая своего голоса.
Жданов кивнул, и Катя проскользнула мимо него в приемную и прислушалась – не идет ли он за ней. Нет, он остался в кабинете - постоял, потом подошел к столу, сел и выключил музыку.

Катя с ненавистью посмотрела на Шурину косметичку и огляделась, пытаясь придумать, как ей выбраться из ситуации. На стеллаже с папками стоял на подставке довольно крупный хрустальный шар, из тех, что продаются в магазинах сувениров. Девушка подошла и взяла его с полки. Ощутив в ладони его прохладную тяжесть, она почувствовала вдруг пьянящий кураж, который выхватил ее из обыденности, закрутил в вихре и понес вверх. Убегать? Нет. Она сыграет эту роль, сыграет с Андреем, как он в свое время играл с ней. Только он бездарно провалил свою роль, а она сыграет до конца, а потом интересно будет узнать – ну, хотя бы через Шуру – что будет, когда в «Зималетто» пожалует настоящая Эвелина!

Решительно тряхнув головой, она направилась к двери, по дороге отломив от сухого букета, украшавшего тумбу, несколько странного вида колючек, сунула их вместе с шаром в сумочку, которую продолжала сжимать в руке, и вошла в кабинет.

Услышав ее шаги, Андрей вскинул голову. Катя медленно прошла к креслу, положила на него сумку, вытащила сухие колючки и разложила их на невысоком стеклянном столике, изобразив подобие узора. Потом достала хрустальный шар, подержала в руке, подняла перед лицом. Поразмыслив, развела руки в стороны и прошла несколько метров по кабинету, делая осторожные пассы, позаимствованные из фильма «Гарри Поттер».

Андрей, как завороженный, наблюдал за ней. Наконец, Катя завершила «сеанс». Отвернувшись к столику, она принялась собирать в сумку колючие растения. Андрей осторожно кашлянул.
- Может, вам будет удобнее, если вы разденетесь? – и вдруг покраснел, как мальчишка,
потому что эта невинная фраза вдруг показалась ему двусмысленной.– Кхм-м-может, предложить вам кофе? Секретарша ушла домой, но есть кофейный автомат…
- Нет, спасибо, - ответила «ведьма», не поворачиваясь.- На сегодня все.
- Так…быстро?
- Я вернусь завтра. Мне нужно было…исследовать плотность ауры, и теперь необходимо…гм…построить ее график.
Сказав это, Катя поморщилась «…и составить годовой баланс сглаза и порчи…Прекрати говорить нести офисную чушь, Пушкарева!».
- Понятно, - сказал Жданов и потянулся к бутылке с золотисто-коричневым виски, стоявшей на краю стола. Он налил примерно треть стакана, поднес его к губам, сделал глоток, будто набираясь храбрости.

- Скажите, Эвелина, а вы только по бизнесу…ну…колдуете? В смысле, ворожите?
- Ну…- озадаченная Катя повернулась в Андрею, - вообще-то да…
- Жаль. То, что у меня бизнесе все вверх дном – еще полбеды, а вот в…а, к черту!
Андрей залпом допил то, что было в стакане, и налил еще.
Пользуясь тем, что вниманием Жданова завладела бутылка, Катя направилась к двери::
- До свидания, господин Жданов!
Но Андрей вскочил из-за стола и преградил ей дорогу.
-К-как? Вы уже уходите?

Он пошатывался, и Катя поняла, что он уже изрядно пьян. Она отступила на шаг назад.
- На сегодня я сделала все возможное…э-э-э…произвела замер ауры, и теперь мне нужно…
-Эвелина, - перебил ее Андрей, - скажите, вы можете сделать, чтобы жена ушла к другому?
-Что?!
- Ну, я не знаю, как это у вас называется…Поймите меня правильно, я не хочу ей ничего плохого, но жить с ней я тоже больше не могу! И не только жить, но и вообще видеть ее, и…

Катя попятилась и села.
«…А еще так хотела пойти домой, чайку попить с мамиными пирожками…Как же мне из всего этого выпутываться?»- тоскливо подумала она, а Жданов тем временем тоже сел в кресло напротив нее и обхватил голову руками.
- Понимаете, я вообще-то сам во всем виноват.
- Я…не работаю с любовной магией, - как можно холоднее сказала Катя.
Андрей поднял голову.

- Эвелин-на…ну хотя бы попробуйте! Вы же понимаете, что я никогда в жизни и ни к кому другому на смогу обратиться с этим…этой просьбой! Я имею в виду …м-м-м…специалистов вашего профиля. А все остальное я уже перепробовал…Мы ходили к психологу, к семейному психотерапевту, но Кира…
- Простите, мне пора! – Катя почти выкрикнула эти слова и встала.
- Нет, пожалуйста! – Андрей тоже встал и шагнул к ней. – Хотя бы выслушайте меня! Прошу вас, не говорите сейчас нет, просто…подумайте! Может, вы хоть чем-нибудь сможете помочь, хотя бы – самой Кире. О себе я уже…
Катя, у которой кружилась голова от его близости и от знакомого запаха виски, снова села.
«Абсурд. Этого не может быть. Я сплю! Я сейчас проснусь и пойду на работу.»
Андрей вдруг замолчал, поняв, что Эвелина готова его выслушать, направился к столу и вернулся оттуда с двумя стаканами и бутылкой виски. Налив на треть оба стакана, он пододвинул один из них Кате, а из второго сделал большой глоток.

- С-словом, - начал свой монолог новоиспеченный Гамлет, - время от времени поднося к губам стакан с виски. – Я сам виноват, я знаю. Кира…это моя карма, возмездие. Смеетесь? Странно….Кому как не вам верить во все такие вещи….Хотя началось это с детства. Мне девчонки проходу не давали с детского сада. Я…не знаю, что они во мне нашли…Я видел свои детские фотографии – лопоухий, толстый, еще и в очках. Но девчонки всегда…как это сказать…то печеньем меня кормили, то конфетами. Целоваться лезли…
Классе в пятом это внимание стало мне приятно, а потом – и необходимо. В старших классах я влюблялся каждую неделю! Только все это, конечно, было не всерьез. Потом…я пришел в модный бизнес. О-о-о, Эвелина, вы не представляете, что тут творится. Нет, не представляете. М-малиновский – это мой …ну, друг и вице-президент – говорил, что в детстве ему снилось, что фея дарит ему магазин пирожных, а потом его сон сбылся - когда он пришел работать в «Зималетто».

И…чего было ждать от девушек, для которых их тело – основной капитал? А порой, и единственный. Конечно, они лезли ко мне в постель, как…- Андрей поискал сравнение - ...как сколопендры в прериях.

Катю передернуло. Картинка, возникшая перед е глазами, была такой реальной и пугающей, что она потянулась за стаканом, глотнула янтарной жидкости и закашлялась.
Жданов оторвался от своих воспоминаний и, нахмурившись, посмотрел на нее.
- Давайте я вам по спине постучу, - предложил он.
Катя замотала головой.

- Не хотите? Я ж ничего такого…Ну ладно…В общем, что они мне только не подстраивали! В лифте со мной застревали, каблуки подворачивали – ноги, в смысле…Стоило мне уехать к родителям на дачу, кто-нибудь из этих девиц - совершенно, естественно, случайно - оказывался рядом и что-то случалось их машинами. А мне ведь, честно, это все не нужно. Я не Казанова какой-нибудь, да и юношескую гиперсексуальность давно перерос.

Катя замотала головой.

0

16

- Не хотите? Я ж ничего такого…Ну ладно…В общем, что они мне только не подстраивали! В лифте со мной застревали, каблуки подворачивали – ноги, в смысле…Стоило мне уехать к родителям на дачу, кто-нибудь из этих девиц - совершенно, естественно, случайно - оказывался рядом и что-то случалось их машинами. А мне ведь, честно, это все не нужно. Я не Казанова какой-нибудь, да и юношескую гиперсексуальность давно перерос.

Катя снова поперхнулась. «Не хватало только, чтобы он начал мне рассказывать про свои гиперсексуальные победы! Он что, меня как женщину совсем не воспринимает? Ладно, я понимаю, ведьма ведьмой, пожалуй, такую совращать он не станет. Все-таки, при всей широте взглядов, от психов все стараются держаться подальше. Но рассказывать девушке о…»

- Зачем вы мне все это говорите? – обижено спросила Катя слегка заплетающимся языком.
– А кому? – с нетрезвой непосредственностью осведомился Жданов. –
М-малиновскому? «Мне бы твои проблемы, Дрюс» – передразнил он.
- Да и после того, как я ему по морде дал…ой-й, простите, фу, как некрасив-во я сказал…В общем, после драки он ее имя и слышать не хочет.

«Чье – ее?» про себя заинтересовалась Пушкарева. «И что это за мадам, из-за которой он мог подраться с Малиновским?»
- А вам рассказываю…Да в жизни бы я вам не рассказал, потому что вы к-красивая, и все такое, и я бы вполне бы ..н-ну, если бы не влюбился в вас, то точно стал бы ухаживать…
«Он что, слышит мои мысли?!»
-…А не про другую женщину рассказывать, но…Нет у меня выхода. Не-ту…
Андрей снова потянулся к бутылке. Катя хотела отодвинуть ее подальше, но потом одернула себя – в конце концов, какое ей теперь дело до того, сколько пьет Жданов?

- Господин Жданов, все это очень…грустно, но я правда не понимаю, чего вы от меня хотите?

- Верните меня в прошлое, – неожиданно трезвым голосом сказал Жданов, хотя взгляд его продолжал оставаться отрешенным.
Катя делано рассмеялась:
- Это невозможно.
- Тогда заколдуйте Киру. Или расколдуйте, наоборот, а заколдуйте…Катю.
- К-кого? – пересохшими губами переспросила девушка.
- Катю. К-катюшку. Я…вам все сейчас расскажу. В общем, когда я стал президентом «Зималетто» - знаете, я в-ведь был президентом…да-а…Недолгим только вышел сок правления…А еще до этого, когда я им еще не стал, Кира решила, что мы должны выйти замуж. За друг друга. В смысле – пожениться…
- Я поняла, - сказала Катя, с трудом понимая язык бывшего шефа, который после последней дозы виски стал выражаться витиевато и загадочно.
- А я – не хотел. Не то чтоб вообще жениться, а на Кире. Да нет, в то время я и вообще н-не хотел. А тут - совет директоров, и нужно решать, кто будет новый президент – я или Сашка. Сашка – это…- Андрей задумался над формулировкой. – Гад, в общем. А отец этого н-не хотел понимать. И нужен был один голос, который бы перевесил решение в мою пользу. Тогда я сделал Кире предложение. И в этот же день в «Зималетто» появилась Катя…
Девушка медленно подняла на него голову, чувствуя, как у нее останавливается сердце.
«Он догадался,»- пронеслось в мозгу.

Но, взглянув на бывшего шефа, девушка поняла, что ошиблась. Андрей выпил слишком много, чтобы разыгрывать хитроумные комбинации, да и чтобы просто играть. А это значило, что он, благодаря выпитому, благодаря полумраку и еще неизвестно чему. Действительно не узнает ее, принимая за таинственную Эвелину. Но какое отношение к Эвелине имеет вся эта история – хотя какая история, так, маленький эпизод – случившийся в «Зималетто» в эпоху правления Андрея Первого с некрасивой и неудачливой секретаршей?

Чувство нереальности происходящего холодком пробежало по спине. Сглотну ком, застрявший в горле, Катя сама потянулась к бутылке с виски, налила немного себе в стакан и выпила. Андрей не обратил на это внимания.

- Сначала я ее даже не заметил. Хотя нет, не заметить ее было н-невозможно…Она была такая с-смешная! На ней были такие нелепые….- Катя внутренне сжалась и закрыла глаза. – какие-то вязаные береты, пальто с воротником из старого меха... Или это уже потом? Она была непохожая, но, несмотря на странную манеру одеваться, оказалась отличной секретаршей.

Жданов помолчал, сделав очередной глоток.

-Иногда мне кажется, что я влюбился в нее такую вот, как я сейчас рассказываю – смешную, с косичками. Но тогда, сразу, просто этого не понял. А потом она пришла ко мне и рассказала, что ей предлагали взятку – сто тысяч долларов, чтобы она продвинула одного поставщика. А она отказалась. Можете себе представить?

Катя автоматически кивнула – да, было такое, хоть она уже и забыла.

- Ну вот. И, честно, я ее зауважал! Понимаете, за одну десятую этой суммы она могла пойти и накупить себе любых шмоток. И ничем не отличаться от тех, кто над ней издевался. А она не смогла…Значит, было в ней что-то более ценное. Я…после этого стал доверять ей больше, чем самому себе. Потому что я бы так не смог, честно. Я ставил себя на ее место и понимал – я бы эти деньги взял.

- Мне пора, - сказала Катя, чувству ужасную неловкость, но Андрей этого не заметил и продолжал говорить.

- Тут как раз начались проблемы в бизнесе. Я сам в них виноват, и…короче, мне пришлось создать фиктивную компанию. Чтобы получить кредит. Мы придумали «Никамоду», президентом которой стала Катя. И вскоре «Никамода» полностью поглотила «Зималетто».

Я не боялся. Я доверял Кате. Чувствовал, что она не может обмануть. Я верил ей, но не верил себе. А это дурак Малиновский придумал, что она сбежит с деньгами нашей компании. Представляете? Такое подумать на К-катюшку? Идиот…И план у него был идиотский – я должен был соблазнить Катю, влюбить ее в себя. Вы не думайте обо мне плохо! Я дурак, но не сволочь. Я не хотел этого, потому что…понимал, что это нехорошо, нечестно. Ромка все - «монстр, монстр», а я так не мог. Но и не останавливал его, поэтому получается – я и сволочь тоже. Я сказал, что не могу. А Ромка стал придумывать за меня – какие открытки дарить, что в них писать, накупил всяких дешевых игрушек…Господи…

Андрей закрыл лицо руками. Катя встала, не в силах больше слушать это, , но Андрей отнял ладони от лица и загородил проход рукой.
- Я понимаю, это мерзко, но Ромка…Понимаете, Эвелина, он играл, как порой ребенок жестко, жестоко играет с котенком или щенком, не понимая, что он живой, и что ему больно. Ну и…мы оба поплатились за это. Однажды Катя нашла пакет…

При этих словах Андрея Катя почувствовала, как пол уходит из-под ее ног. Прошлое стояло рядом, она будто видела себя около стола, с детским любопытством открывающую это пакет… «Бежать!!» Но едва понимая, где она и что с ней, она вновь опустилась на диван.
Андрей, погруженный в свои мысли, ослабил галстук, будто тот душил его.

- ..Она нашла пакет с игрушками и открытками. А еще там была Ромкина инструкция. Он как раз уеждал куда-то, ну и… написал мне, что делать, там, когда какую открытку, и… Причем все написал таки языком, который…ну, знаете, принят в мужских компаниях. Хотя вам-то откуда знать…
И Катюша все это прочитала. Я об одном жалею – почему она не пришла сразу ко мне и не швырнула мне все это в лицо, не ударила?! Она …с-слишком хороша была, чтобы так поступить. Она сложила все обратно и никому ничего не сказала. Но…
Андрей вздохнул.

-..Она не знала того, чего не знал никто, только я сам. Я уже не врал ей в то время! Я был влюблен в нее, как школьник, и одному Богу известно, с каким трепетом я впервые в жизни подписывал глупые открытки глупыми четверостишиями, и они мне совсем не казались глупыми!
Жданов вдруг выпрямился и улыбнулся открыто и счастливо. Глаза его смотрели куда-то за Катино плечо.
- А эти котята и щенки, сшитые китайцами из остатков искусственного меха…Я бы купил ей что-то дорогое - безумно дорогое, но мне внезапно показалось, что дороже этих игрушек ничего на свете нет. У них были такие глаза, такие морды доверчивые…Катя их выкинула потом.
«Этого не может быть», - стучало в висках у Кати. – «Теперь можно не бояться – этого просто не может быть. Я или сплю, или сошла с ума. Все это не реальность. Может, что-то было в виски?». Катя посмотрела на стакан и, подумав, налила себе еще. «Потом проснусь и буду разбираться, а пока поиграю сама с собой, что все это правда...»
-Я тогда был очень счастлив! – хрипло сказал Жданов. – Мы ездили по городу на машине, была зима, и под самый Новый год…
Он осекся и помолчал.

- Все закончилось очень скоро. Я не знал как выпутаться из вранья с «Никамодой», и без Кати тоже уже не мог. Сашка Воропаев грозился забрать акции из «Зималетто», а тогда вскрылась бы вся эта афера. Благодаря Катюше – знаете, какой она классный экономист? – мы почти выбрались из той ямы, что я сам себе вырыл. Оставалось каких–нибудь два-три месяца! Скажи я обо всем Кире, она бы не только не удерживала брата (Я говорил, что Сашка – родной брат Киры?), но и сама забрала бы акции…Это сейчас все кажется каким-то жалким и пустым, а тогда было очень важным…Да пропади оно пропадом, это «Зималетто», это президентское кресло, если бы я только знал, как мне плохо будет без нее…
А она не смогла больше лгать. И на очередном совете раздала всем папки с настоящим, реальным отчетом о положении дел в компании.
«Но ты же хотел отправить меня в…в Гонолулу!» - чуть было не вскрикнула Катя.
- А я ведь как раз хотел отправить ее куда-нибудь за границу на пару недель, пока Кира не выпустит весь свой яд на меня после нашего разговора. Кира, да и мои родственники…ну, киллера они, конечно, не стали бы нанимать, но все равно, я не хотел ставить Катю под удар. И она уехала. А я узнал, что она знала об инструкции…
«Что? Андрей, ты…собирался…я…подставила тебя…» -Катя не замечала, как слезы текут по ее щекам и скатываются под воротник пальто.
- Потом…а потом много чего было. Я пытался объясниться с ней, но она не слушала, не верила. Ей пришлось вернуться в «Зималето» через пару месяцев. Она повзрослела, похорошела, стала встречаться с каким-то типом, бизнесменом из провинции. Я чуть с ума не сошел. Выдержал несколько месяцев, больше не смог. Я уехал из страны, правда насовсем- не смог, через полгода вернулся. Вернулся, и сразу поехал к ней…
- Ч-что? - переспросила Катя.
- Поехал к ней. Если у нее остались ко мне какие-то чувства – просто человеческие, на большее я не рассчитывал - то прошло достаточно времени, чтобы она смогла меня выслушать. Я поехал к ее дому и ждал, ждал часа два или три, потом вышел из машины размяться, смотрю – она! Но…она прошла мимо. Просто прошла мимо меня, не заметив, как пустое место. И чуть не толкнула меня плечом…
- Не может быть! – вскрикнула Катя, и вдруг отчетливо осознала – может. Кода заболел отец, и они все боялись за его жизнь, она впала в какое-то страшное и странное состояние, придавленная внезапно свалившейся тяжелой ношей. Не помнила ни числа, ни дня недели, не замечала даже домашних, кода они окликали ее, , пока Коля не подходил к ней и не встряхивал ее за плечи.
- Может, уважаемая Эвелина, может, - покачал головой Андрей.– Ну вот, я уже почти и трезвый. Больше пить, пожалуй, не буду. Собственно, я уже почти закончил рассказывать…Потом мне стало все равно. Я как будто неживой был. Кто-то - вроде мама – настаивал на свадьбе с Кирой. Саму свадьбу я не помню…Конечно, ничего хорошего из этого брака не вышло. Я старался…Но я не могу заставить себя любить Киру. Теперь то, о чем я хотел попросить вас. Я больше не хочу причинять никому боли. Сделайте так, чтобы Кира освободилась от меня! Я не могу жить с ней рядом, прикасаться к ней... Это неправильно, нечестно! Потому что я думаю совсем не о ней…И она сама чувствует то же самое, но не хочет в этом признаться! Как ребенок, который вбил себе в голову, что ему нужна именно эта игрушка, а никакая иная, и не успокоится, пока не получит ее. А получив, забудет о ней на следующий день…А раз она не может получить мою душу, то будет мучить и себя, и меня…

Андрей, до этого погруженный в себя, посмотрел на девушку. Катя плакала – беззвучно, неподвижно, темнота скрадывала влажные дорожки слез.

- И второе…Я должен как-то жить дальше .Хотя бы делать вид, что живу. А мне все время снится один и тот же сон. Он повторяется в подробностях, из раза в раз.
Катя поднесла ладонь к губам. Андрей продолжал говорить:

-Я больше так не могу – утром оказываться здесь, в этом мире. Мне хочется остаться там, или уйти туда…Я был у врача, тот выписал снотворное, но как снотворное может помочь от сна? Мне снится первая ночь, когда мы с Катей были вместе. Номер отеля – не то, чтобы роскошный, но уютный, за окном падает снег. И я рассказываю ей все, понимаете? Каждый раз я прохожу через свой стыд за то, что сделал, и страх, что она не поймет, не простит…Но она прощает меня! Я вижу ее глаза, и мы…

«…А когда ты рассказываешь мне о том, что сделал, у тебя такие больные глаза. Что я плачу от жалости. Я говорю, что прощаю тебя, и мы снова занимаемся любовью…» - изумлением вспомнила Катя .
- И мы…мы…потом мы решаем заказать еду в номер, включаем свет..
«… Ты одет в темно-синий гостиничный халат…А мой халат велик мне и все время спадает с плеча…»
- А кода мы выходим из спальни, замечаем в углу небольшую украшенную елку, а под ней – в красной оберточной бумаге сверток, подарок от отеля. Катя начинает его разворачивать, а там игрушка: стеклянный шар, в нем Санта-Клаус на оленях…
«…И когда сбоку повернешь ключик, играет музыка, кружится снег, и олени кивают головами…»
- А если повернуть ключ…
-Нет!
Не в силах больше играть свою роль в этом странном спектакле, Катя поднялась и бросилась к выходу.
- Эвелина!
Андрей догнал ее у двери, не до конца понимая, зачем он это делает.
-Эвелина, постойте! Прошу вас, помогите! Я уверен…Я чувствую, что вы знаете как! Мне не на что больше надеяться, кроме как на чудо…
…Все произошло так быстро, что вы не успели бы даже сказать «дважды два». Пытаясь удержать девушку, Андрей схватил ее за руку. Катя, вырвавшись, оттолкнула его, Андрей, потеряв равновесие, отшатнулся стене, и…

Конечно, во всем виноват проектировщик и электрики. Ну кто делает выключатели так, в таких местах, что их можно включить, случайно задев рукой? И еще виноваты оптика и производители очков. Разве неизвестно, что оправа должна сидеть достаточно плотно и не срываться вниз от неловких движений, даже если лицо мокрое от слез?

Двое стояли, щурясь от яркого света, и молча смотрели друг на друга. А за окном вдруг закружился, затанцевал крупными хлопьями снег…

Х Х Х
- Еще шампанского?
- Официант…
- Попробуйте салат…
- Какая красивая пара!
- Поздравляем! Будьте счастливы!
- Горько!

Суматоха, которая сопровождает любое свадебное торжество, не могла отвлечь друг от друга жениха и невесту. Стоя около стола, они улыбались, кивали друзьям и родным, принимали поздравления, но всем было понятно, что мыслями эти двое где-то далеко отсюда, в каком-то чудесном мире, который принадлежит только им двоим. И что они с трудом сдерживают нетерпение, чтобы не улизнуть туда прямо в разгар свадебного торжества.
- Катюха! Андрей Палыч! Я так за вас рада!
- Шур, ну хватит уже называть меня по отчеству! – засмеялся Андрей. – Вы для нас - добрый ангел, практически крестная фея!
- Ага, купидон, - Шура натянула воображаемый лук. – Тогда уж не я ваша фея, а компания МТС! Если б не перебои со связью…
- ..То я услышала бы, что тебя выгнали с рабочего места пораньше, и ты уже ждешь меня в кафе, - закончила Катя. – Шурик, если бы не ты, я не смогла бы приходить в «Зималетто», чтобы…
-… Почитать в лифте «Дом –два », -подытожил Андрей, и все трое расхохотались.

Сквозь толпу гостей к ним пробрался высокий блондин в очках.

- Андрей, Катя! Примите мои поздравления!
- Спасибо, Костя. Кать, позволь представить – Константин Зубенко, модельер.
- Очень приятно! – Катя улыбнулась.
- Ну что, скептик-материалист, убедился? – понизил голос блондин, подмигнув Андрею, когда невеста отвлеклась, услышав очередное приветствие. – И в бизнесе все в порядке, и жена красавица…И ведь все после того, как я дал тебе координаты Эвелины!
- Спасибо, друг! – Андрей торжественно пожал Константину руку, но в глазах его при этом прыгали озорные чертики. – Никогда тебе этого не забуду!

- Да ладно тебе, - смутился тот. – А то все – ведьма, ведьма…Убедился теперь какие ведьмы бывают классные?
- Ага. Еще какие классные - сказал Андрей, и его любящий взгляд остановился на жене.

Х Х Х
В это самое время, в небольшом офисе около Староконюшенного переулка, за письменным столом сидела женщина лет пятидесяти, темноволосая, с короткой прической и неброским стильным макияжем. Сам офис выглядел совершенно обычно – столы, заваленные документами, стеллажи с папками, компьютеры. Из общей обстановки выбивались только два предмета: толстый черный кот, лениво развалившийся на подоконнике –он следил за улицей, придерживая лапой жалюзи, - и старая колода карт, разложенная перед женщиной. Впрочем, ни первое, ни второе, по сути дела, вещью не являлось, а скорее могло быть причислено к сотрудникам.

Улыбнувшись, женщина осторожно провела пальцем по ряду карт. В раскладе выпадали король с королевой, дальняя дорога, удача в делах и появление в их жизни, темноволосого валета - месяцев этак через девять-десять…

- Что значит один вовремя сделанный телефонный звонок, - задумчиво сказала Эвелина самой себе. – Впрочем, я только помогала судьбе, ничего более.

Х Х Х
Вы, наверное, спросите о самой госпоже Судьбе, которую мы оставили в одиночестве некоторое время назад, ненастным ноябрьским вечером?
Вот она, смотрите, заходит в комнату после прогулки, обводит рассеянным взглядом стеллажи с книгами и всякими безделушками, которыми она, как любая женщина, любит себя окружать.
Потом открывает ящик стола, достает оттуда коробку с паззлом и высыпает на полированную крышку.
- Ну что, господин Малиновский, - говорит она, – приступим…
И начинает подбирать друг к другу мелкие фигурные кусочки, из которых медленно, но верно складывается какая-то, пока только судьбе понятная картина….

THE END

+1

17

Пост 13, 14, 15, 16 - весь фан-фик.  :flag:

0

18

Да, было такое :) "Уравнение Левицкого" вообще не очень рекомендую, что-то меня там занесло не пойми куда :confused: 

Вот еще парочка зарисовок, первая была написана, когда на Амедиа стали удалять все фики, где содержался хотя бы намек на эротику. Намеком на эротику могло служить абсолютно все, что угодно - такое специфическое у админов было видение жизни :) . А вторая - это что-то вроде "20 лет спустя" :crazy:

Паранджа для Жданова

Так, дверь закрыва-аем…Дом, милый дом! Разведаем обстановочку…Ага, мужа пока нет, муз зато на месте, сидит на мониторе и жрет кусок колбасы. Привет, пернатый! Работать будем? Конечно, надо! Мы же вчера Жданова на таком моменте бросили…Ну да, когда муж шнур компьютера из розетки выдернул в три часа ночи…

Значит, что там – поздний вечер, Андрей и Катя одни в кабинете президента «Зималетто». Он подходит к ней, и…Ну, давай, диктуй, печатаю…

«Андрей резким движением поймал Катю за руку, и, несмотря на растерянность и даже испуг в ее глазах, наклонился к ее губам …»

Что?! Ты что делаешь, гад? Ты зачем строчку стер, тварь крылатая? Как нельзя?! Почему?! Порнография? Где?!!!

Слушай, ты, когда взлетаешь, резко вверх-то не бери, про потолки не забывай. Голову береги! Кто тебя научил таким гадким словам? Откуда ты взял, что это порнография? На Амедиа сказали? А-а-а… Н-да. Ну и что теперь делать-то будем?

Ждано-ов! Эй, Жданов! Стоять. Смирно. Руки! Правильно, по швам! Отойди от Кати. А вот так! Не трогай ее. Не трогай, и все! Не можешь? Ну… придется помочь.

«В этот момент на Андрея, откуда ни возьмись, вылилось ведро холодной воды…»

Ага! Отскочил. Муз! Поставь ведро! Минут пять у нас есть, надо срочно думать, как справиться с ситуацией, пока этот горячий мужчина выжимает свой холодный пиджак. Давай рассказывай, что там теперь считается непристойным? Говоришь, то, после прочтения чего начинаешь о сексе думать?

Ага, знаешь анекдот – учительница принесла в класс кирпич и спрашивает детей:
- О чем вы думаете, глядя вот на этот кирпич?

Ну, Машенька говорит:
«Я думаю о великих коммунистических стройках прошлого!»
«Садись, пять. А ты, Вася?»
«А я - о великих коммунистических стройках будущего»
«Садись, пять. Вовочка, а ты о чем думаешь, глядя на этот кирпич?»
«О женщинах, Мариванна.»
«А какая тут связь?!»
«А я всегда о них думаю…»

Это я к тому, что я, например, о кирпичах напишу, а где гарантия, что ни у кого при этом пошлых мыслей не возникнет? Мало ли на свете извращенцев? Может, кого-то описание стройки нового швейного цеха «Зималетто» возбудит, я же не знаю…

Муз! Ой, смотри, мокрый Жданов раздеваться начинает! Жданов, стой! Нельзя раздеваться!!! Нельзя! Это порнография! Что? Не порнография, а просто замерз в мокрой одежде? Бе-едненький! Слушай, он и правда дрожит. Что же делать-то, еще простудится нафиг…

«…Жданов принес дров и развел в центре офиса небольшой индейский костер…»

Ой, молчи уже, пернатый! Ну и что, что нелогично! Логичным в этой ситуации было бы знаешь что? Ты же не даешь мне это писать. Вот и приходится нести всякую чушь.

Слушай, какие у них отблески пламени на лице романтичные! Красиво как…Дрова потрескивают…Муз!!! По-моему, они сейчас целоваться начнут! Что же делать-то?! Катя! Ты куда руками, ты же скромная девушка! Ай-яй-яй, как тебе не стыдно! Не стыдно? Совсем? А если рубашку с него снять? Все равно не стыдно? А так вот? Тоже не стыдно? А если за ремешок потянуть…

Ай! Вот гад пернатый, больно же дерется своей арфой…Катя, убери руки! Не убирает… Ладно…

« …И Андрей, смутившись, стыдливо накинул на лицо паранджу…»

Что ты ржешь, пернатый?! Что ты ржешь, как конь? Ты же Муз, а не Пегас! Что в голову пришло, то и написала. А иначе бы они сейчас уже не только целовались. Хоть несколько минут выиграем, пока они в ступоре.

Значит, насколько я тебя поняла, поцелуй у них будет только после свадьбы и только один. В щечку. И никакой эротики. Все с только целью улучшения демографической ситуации в России. А в остальное время – строгий пост. В «Зималетто» вводим домострой и полицию нравов. Темный низ, белый верх, с сережками и часами нельзя, девочкам в брюках не приходить, юбка на три пальца длиннее колена. Кто будет мерить юбки пальцами? Не знаю, Муз, даже не знаю….

Да я-то все поняла, ты попробуй это Жданову объясни. Вон как он паранджу порвал на тряпочки для посуды …нет, уже на ленточки для бантиков…нет, уже на шнурки для ботинок…нет, уже на лески для удочек…

Ой, мама! И как мне их отвлечь от той пошлости, которой они сейчас заниматься начнут? Жданов! Ты не хочешь с Катей бизнес-план обсудить на следующий год? Не хочешь? А стихи ей почитать? Куда мне пойти со стихами? Ой…фу…я и не знала, что ты такие слова умеешь говорить …А с виду интеллигентный мужчина. В очках…

Муз! Ну, что делать-то, я уже прямо не знаю…Что за железку ты тащишь? Металлолом решил сдать? Фу, ржавая какая… Где ты взял эту дрянь? Из исторического романа украл? Раритет, говоришь? Пояс верности? Это что, мне?!! Кате? Ну-ну…Мне интересно, сколько перьев на тебе останется, когда ты попробуешь его на Катю одеть. Два или одно…

Ай! Ну все, хана люстре…Жданов! Мазила! Ну и что, что Муз на ней сидел, это же не повод в нее железками раритетными бросаться? Муз-то улетел, вон, на занавеске трепыхается, а люстру жалко…

Ой, я ушки закрою, ладно? Муз, ты мне крылышком махни, когда Жданов говорить перестанет, а то у меня уши вянут. Не можешь? Что, Андрюха все-таки попал? Рикошетом задело? Да…Ну, давай зеленкой намажу…Не ори. Ничего там не щиплет. Ой, какой ты красивый теперь стал, зеленый…Прямо как Шрек.

А-а-а! Ты посмотри, они опять! Не позволю! Грудью стану на защиту нравственности! Вот так!

Муз! А что это Жданов как-то странно на мою грудь смотрит? Вот что с мужчинами воздержание делает! Ой, я ошиблась - не на грудь, а на горло… И руки к нему так протягивает, пальцами как-то нехорошо шевелит…

Спасите!!! Памагите!!!

Фу, еле успела удрать, а то придушил бы, как пить дать. Нервный какой стал, ты посмотри…Нет, они все-таки целуются!

Так. Сейчас…

« Внезапно в разбитое окно подул сильный ветер…»

Все равно целуются.

«…И хлынул дождь…»

Целуются!

«…Начался потоп!...»

Целуются!

«…Тайфун!!... »

Целуются!!

«... Цунами!!!...»

Целуются!!!

Ты смотри, он ее на руки поднял. К себе прижимает…Гладит так нежно…Жданов, а как же…Нравственность…Амедиа…Домострой…Руссо туристо, обликом морале…Ну и правильно, пускай туда оно все и идет…

Это я не реву, это я так, от умиления…

Что ты ржешь, пернатый? Ты же Муз, а не Пегас. Ну вот, так и есть, всю зеленку выпил, гад. А она , между прочим, на спирту…Ладно уж…Пусть. Разве их тайфуном теперь удержишь?

Давай, что ли, люстру пока на место повесим. И веревочки от паранджи пособираем. Зачем? Помидоры подвязывать на даче… У нас дачи нет? Купим. Вот выгонят нас теперь из фикрайтеров, придется новое хобби придумывать. Будем дачниками. Ты хоть на свежем воздухе полетаешь, а то зеленый весь, как Шрек.

А все из-за Жданова этого…Удержишь его в рамках нравственности, как же…

Отредактировано Мурзик (25.08.2013 12:58)

0

19

Я к вам пришел навеки поселиться…

…Сколько там времени? Полночь, наверное…Нет, какая там полночь – второй час уже. Не могу заснуть. Странно. Ладно, хватит баранов считать, все начальство пересчитала вдоль и поперек. Пойду, что ли, на кухню, чаю попью…

ААААА!!!!!!!!! Кто здесь?! Привидение!!!!!!!!!

Не привидение?! А кто? Муз? Ф-фу…Сволочь ты, а не муз. Так и до инфаркта недалеко.

Только ты на всякий случай все-таки не двигайся, пока я свет не включу. При свете выясним, какой ты там муз. Вдруг все-таки привидение. Имей в виду, в случае чего стреляю без предупреждения. Из чего? Ну…из этого…из баллончика с лаком для волос!

Ой, муз, и правда – ты! Узнаю брата Колю. А почему ты белый? Запылился за ненадобностью? Ладно, не язви. Заходи давай. Хотя ты и так уже зашел…

Давненько не виделись! Рассказывай, где летал, что видел. Как-то ты в прошлый раз исчез незаметно. Я даже не поняла, когда. Дела закрутили…Только вот все время думаю – чего-то, блин, в жизни не хватает. А это тебя, оказывается. Пойдем, чайку попьем, или чего покрепче.

Помнишь? Сколько раз мы вот так с тобой до утра сидели и творили всякую ерунду! Нет, это не я сказала «ерунду»! Послышалось тебе! Конечно, талантливые произведения! Даже гениальные, ага. Бессмертные, точно говоришь.

Ладно, рассказывай, как у тебя дела. Ой, да ты что?!...Правда, что ли?... Обалдеть!...С ума сойти!...А ты?...А он??... А она что в ответ?...А ты им?... Да, вот это история!

Веселая у тебя жизнь, муз! Небанальная. Ты явно своей смертью не помрешь.

А у меня…А что у меня? Работа. Семья. Все, как у всех. Дачу вот недавно купили. Как раз ленточки для помидоров пригодятся, от Ждановской паранджи – помнишь? Помнишь…

Общих знакомых? Да редко кого сейчас вижу. Можно сказать, никого. Дарьку вот иногда. И Алиту. И Тави. И все. Не до пенсии же нам в НРК играться. Выросли уже, другие интересы. Сейчас даже обсуждать это как-то неудобно. Засмеют.

Только знаешь, что? Тихо только… Я тебе по секрету кое-что скажу, только это между нами…Тс-с-с. Никому. Поклянись своими перьями. Я сейчас по двадцать седьмому каналу «Неродиську» смотрю. Повторяют с самого начала, в девять вечера. Представляешь? Только не говори никому. Я всем вру, что я этот час диссертацию пишу. Закрываюсь в комнате и - того...Телевизор включаю.

Кошмар какой-то, да? Неизлечимо…

Ладно, муз, ты чай допил? Извини, что я вот так, напрямую – тебе не пора? Мне бы перед работой поспать хоть пару часов.

…Н-не поняла.... Откуда здесь раскладушка? Кто ее из кладовки приволок? Ты куда мой плед с дивана тащишь? Отдай подушку, пернатый! Что значит – «Я к вам пришел навеки поселиться?» Бо-оже…надеюсь, я сплю, и мне все это только снится.

Муз!!! Выключи сейчас же компьютер! Я спать иду! Не лазь, сволочь, по моим папкам!! Что ты там открыл? «Апельсин точка ком»? Знакомое какое-то название…Интересно, откуда у меня в компе этот файл? А ну-ка…Дай почитаю…подвинься…

Ух ты…слушай…Джейн какая-то…А причем здесь Жданов?...
…Неужели это тот самый Жданов? …Точно, он!...
…А-а-а!!! Бедный Жданчик!...Она должна его как-то предупредить!... Думай, Женька, думай!...
…Не слушай его!...Вот же баран упертый…
…Фу, слава богу…А дальше?...
…Ой, как романтично. Фотографию свою отправила…А он что?
…Ух ты…Ой, муз, смотри – Жданов снеговика лепит. Классно-то как!...
…Муз, неужели они не встретятся, и это все обман? Я этого не переживу…Читай ты, вслух, я боюсь, я слабонервная...
…Встретились!!! Он!!! Это он!!! Настоящий!!!!!!...
…Как – конец документа? А дальше?!! ААААА!!!!!На самом интересном месте!!!! Автор, сволочь такая! Кто это написал?! Дайте мне автора, я его в порошок…

Мы написали? Ты серьезно?

Н-да…
Н-да……….
А что тут скажешь?

Ну вот, опять бессонная ночь. Уже и в ушах звенит. А, это будильник звенит? Какой уж тут, к черту, будильник. Давай уже диктуй, пернатый. Раз уж ты пришел навеки поселиться….

Кошмар какой-то, да? Неизлечимо…

0

20

Мурзик,спасибо!Интересный у тебя Муз,юморной.Здорово,что он к тебе пришёл навеки поселиться. Ты с ним там поласковей,глядишь,он тебе ещё много историй нашепчет про наше НРК. А где "Апельсин.ру"?

0

21

"Апельсин.ру" не существует (как говорится, мало ли что с российским интернетом в наше время может случиться). А вот "Апельсин.ком" уже откопала, планирую начать выкладывать, заодно небольшую правку сделаю, а то когда пишешь и сразу выкладываешь, такие ошибки остаются незамеченными, позор  :angry:

0

22

Вот еще парочка зарисовок, первая была написана, когда на Амедиа стали удалять все фики, где содержался хотя бы намек на эротику. Намеком на эротику могло служить абсолютно все, что угодно - такое специфическое у админов было видение жизни  . А вторая - это что-то вроде "20 лет спустя"

Я как то передачу смотрела о творчестве режиссера Гайдая, о том, что свои лучшие комедии он снял в период строжайшей цензуры,... Ему было интересно хитрить, находить обходные пути, запутывать цензоров... В итоге получалось настоящее качественное и очень смешное кино.

Мурзик написал(а):

Ты смотри, он ее на руки поднял. К себе прижимает…Гладит так нежно…Жданов, а как же…Нравственность…Амедиа…Домострой…Руссо туристо, обликом морале…Ну и правильно, пускай туда оно все и идет…

Прелесть! http://www.kolobok.us/smiles/he_and_she/girl_in_love.gif
Спасибо, Мурзик http://www.kolobok.us/smiles/standart/kiss.gif

0

23

Марина, большое спасибо за теплые слова :)

А я тут как раз апельсин принесла, в смысле "Апельсин", первую часть, если кому интересно, то еще принесу :)

«Апельсин.com»

Мне с детства не нравилось имя Андрей. Это «ндр» в середине, и слишком мягкое «ей» в конце…Я была очень чувствительна ко всякого рода буквосочетаниям и словам, складывала их, как кубики, играла, как с конструктором.

А слова, сказанные или написанные, имели обыкновение превращаться в моей голове в краски и оттенки, еще не достигая сознания. И человека,  что-то рассказывающего, я ощущала в виде рисунка – кого-то морем Айвазовского, кого-то фантазиями Иеронима Босха, о котором я, правда, в то время еще ничего не знала.

Спасая только что наклеенные обои, родители купили мне альбом. Я начала рисовать.
Какая уж из меня вышла художница – судить пока рано, потому что сейчас, когда за спиной уже довольно долгий путь, я понимаю, что я, по сути, только в начале его. Только-только сквозь штампы, техники, чужие теории пробивается что-то свое, ради чего я и намерена была жить остаток жизни.

Художнику нужен свет, а вдохновение почему-то просыпалось ночами. Я брала кисть, включала освещение и творила, творила, пока не падала без сил в потертое кресло. После таких прорывов меня трясло, как в ознобе. Я знала, что заснуть удастся нескоро, поэтому лезла во всемирную паутину, пытаясь таким вот скольжением по сайтам немного прийти в себя.

Тем более что, когда у нас только начинался день, то дома, в России, он уже заканчивался.

Я жила в Ванкувере. Противоположная сторона Земли от места, где я родилась. Одиннадцать часов разницы во времени. Солнечный, окруженный горами с одной стороны, и прохладным океаном с другой Ванкувер. Здесь не бывает слишком холодно зимой и слишком жарко – летом.

У меня никогда не получалось словами передать его спокойное достоинство, уверенное дружелюбное пожатие руки…Он оставался в тысячах набросков и картин. Некоторые из них успешно раскупались туристами, но я понимала: это все – черновик, подготовка, главные картины – впереди. И эта мысль была восхитительной, и хотелось жить дальше, несмотря на мучительную тоску по дому и настигавшее временами безденежье.

И еще, эта английская речь.Всюду, везде говорили по-английски. Ну еще по-китайски. Но не по-русски…

Германия, Франция, да и многие канадские города полны русских. В Торонто их сразу вычисляешь в толпе. В Ванкувере русских пока было мало, и хоть мы общались, но крайне редко. Привычка собираться на кухнях, как и многие другие привычки оттуда, из прошлого, с другого конца света, рухнули под натиском нового образа жизни. И большинство из нас даже утренний кофе пили по дороге, в машине, из термостойких кружек-непроливаек. Экономили время. Здесь ведь, как в «Алисе в стране чудес», остановился – значит, не просто остался на месте, это значит, ты отброшен далеко назад.
Но я, пользуясь некоторой свободой благодаря своей профессии, могла позволить себе вот такие ночные бдения.

Интернет…Единственная отдушина кроме написания картин. Русский язык, до боли родное хамство, и долгие – долгие разговоры через личку , аську или чат…ППКСы и ИМХО…обратитесь к психиатру, если вы не знаете пол трех своих лучших друзей, потому что у них нейтральные ники, а спросить вам как-то в голову не приходило.

Все разговоры обрывались в семь утра. Вернее, это у меня было семь утра, и тянулись к ближайшему парку бегуны – встречать новый день спортивными достижениями. А там, в России…Куда они девались в восемь вечера, намертво вырубая Интернет? Была зима, декабрь, и там должны быть морозы, заносы, словом, погода не располагала к вечерним прогулкам.

Через пару дней после того, как я заметила эту закономерность, без пяти восемь вечера по Москве от Ники, моей виртуальной подруги, в аське  засветилась такая строчка:

« Ладно, прости, пойду понркманю…Встретимся через час!»

Меня прошиб холодный пот.

«Ники, ты что, принимаешь наркотики?»

«Да нет же! Просто подсела на сериал НРК. То – есть у меня НРК-мания. Мы так это называем. В шутку.»

«На какой сериал?»

«Не родись красивой!» Сокращенно – НРК. У меня вся семья с ума сходит! Да что там семья, и на работе, и вообще весь город. Все, побежала. Уже начинается…»

Появилась надпись – «Ники уходит», и я откинулась на спинку кресла. «Не родись красивой» ? Мне вспомнились «Санта Барбара» и «Рабыня Изаура». Недоуменно пожав плечами, я зевнула, почувствовав наконец, как меня обволакивает дремота, и отправилась спать.

На следующее утро я набрала номер подруги Маринки.

- Sorry, we are not at home right now…- начал свою песню автоответчик.
- Маринка, трубку возьми, я знаю, что ты дома! – заорала я в лучших традициях голливудских фильмов.
- А, это ты… - послышался на том конце провода реальный Маринкин голос. –Хай!
- Хелло. Чем занимаешься?
- Да ничем. Спустилась в лондрию, сделала вошинг, сейчас поеду в «Метротаун»

Этот эмигрантский язык корежил меня еще больше, чем звучащий везде английский А никуда не денешься, и в своей речи приходилось вылавливать, как блох, всякие «парти» «клининги» и «аттачменты», потому что мозгу проще было выдать исковерканное английское слово, чем копаться в слоях памяти в поисках соответствующего русского. Вот и получается, что говорим вроде по-русски, а русских cлов во фразе – раз-два и обчелся.

- Я чего звоню…Что там за сериал сейчас в России идет, который все смотрят?
- Не родись красивой?
- А ты откуда знаешь?
- Так я тоже его смотрю. Через Интернет.
- Правда? Ну, и как?
- Да нормально…Глупый. Но смотрю. Даже Мишку выгоняю на джоггинг, чтоб не мешал. Знаешь, как будто в Россию на этот час возвращаюсь.
- И давно он идет?
- Месяца три, наверное…может, два, не помню…А ты заедь в русский магазин, там диски есть с первыми сериями.
- Ладно. Спасибо. А где ты его смотришь?

Маринка продиктовала адрес сайта. Распрощавшись, я съездила в университет, заскочила на станцию техобслуживания, купила корм для кота и легла спать пораньше.

Проснулась я в половине четвертого. Осторожно, пытаясь не нарушить легкое равновесие, не сбить ощущение полета и нереальности происходящего, включила свет и подошла к мольберту. Время перестало существовать. Та картина, главная, которая смутно проявлялась в снах и обрывках мыслей, наконец легла на холст легким наброском…

Придя в себя после шести утра, я дотянулась трясущимися руками до сигарет и уселась на подоконник. Внизу бродило по сонным улицам утро. Еще немного, и распахнутся двери домов, откроются гаражи, как по команде, побегут к машинам нетерпеливо сигналящих родителей веселые детишки с разноцветными рюкзаками…Все это было мило до приторной сладости, но мне нравилось наблюдать эту размеренную, удерживаемую столетними устоями жизнь. Эту страну не ломало войнами, революциями и перестройками, как Россию. У нее все было хорошо.

Почувствовав, как при мысли о России заныла где-то глубоко внутри крохотная, но очень болючая точка, я вспомнила разговор с Маринкой. На час в Россию, говоришь? Глянула на часы – без пяти семь. Я включила компьютер, вышла на сайт и открыла окошко программы на весь экран. Пока шла реклама, я сварила себе кофе на кухне – никак не могу привыкнуть к этой системе , кухня отделена от комнаты только барной стойкой. Такое ощущение, что спишь в кафе.

Хотя мне грех жаловаться, уж с чем-чем, а с жильем мне сказочно повезло…Большинство таких полубезработных студентов, как я, снимает бейсменты. Бейсмент – это, грубо говоря, подвал. Ну, не совсем подвал, конечно, в русском понимании этого слова, но полуподвальный этаж с окошком где-то под потолком комнаты. Вот уж там я бы точно не смогла ничего написать…Но мой ангел-хранитель расстарался, и я жила на самом верху высотного дома. Вообще, здесь  последний этаж - это самая дорогая площадь. Пентхаус. Именно в таком, с огромным деревом на балконе и видом на океан, живет Сильвестр Сталлоне, когда приезжает в Ванкувер.

У меня не было вида на океан, и эта крохотная квартирка, по правде говоря, изначально предназначалась не для жилья, а для подсобного помещения. В ней было жарко летом и холодно зимой, и от этого не спасала даже старая Сплит-система. Зато ее окружало небо, только небо – с четырех сторон, даже с пяти, потому что в середине комнаты часть крыши была стеклянной. И первые ночи я ложилась на ковер и смотрела на звезды...а через пару часов замерзала, и шла спать, накрывшись тремя одеялами.

Но сейчас солнце уже било косыми лучами внутрь комнаты, и в ней становилось тепло. Осторожно, чтобы не разлить кофе, я устроилась на диване, развернув к нему монитор.

На экране разворачивалась старая, как мир и, вероятно, предсказуемая история о любви Золушки и прекрасного принца. Золушка работала секретаршей, а принц был ее боссом. Герои пока не подозревали, что серии этак в двухсот пятидесятой их ждет звон свадебных колокольчиков, но это было очевидно. Так что сюжет особого интереса не представлял. Однако я не стала выключать фильм, потому что впитывала, как губка, заэкранную Россию.

Русский язык хотелось пить. Родная речь лилась, как вода, ласкала слух. И лица, такие знакомые лица без улыбки во все 32 тщательно ухоженных зуба, и всегда готового «Hi!», хотя прекрасно понимаешь, что на самом деле этому улыбчивому нет до тебя никакого дела, ты можешь хоть провалиться на месте сквозь землю – только пожмет плечами, ну, еще в службу спасения позвонит. С такой же сияющей позитивом улыбкой…

Радостное узнавание, суррогатное возвращение на родину омрачалось одним неприятным чувством – будто облако наползало на светящее в окно солнце. После первого восторга я стала чувствовать, что фразы, поведение героев уже чужеродно для меня. Я все еще понимала их, но уже возникал внутренний протест и недоумение. Горький протест и горькое недоумение, приводящее к осознанию мысли, что я уже не «там», но еще не «здесь», и что, скорее всего, до конца своей жизни я так и останусь, как и многие, заблудшей душой между двумя мирами.

Например, первые минуты я тихо удивлялась, чего это они все привязались к мисс Пушкаревой. Некрасивая? Странно одета? Ха-ха. Ха-ха-ха. Видели бы они, в какой одежде ходят по Ванкуверу канадцы. Взять хотя бы моих соседей снизу – первое время я даже пугалась. Потом привыкла и перестала обращать внимание, и сама одевалась почти так же (впрочем, регулярно борясь с желанием все-таки погладить джинсы после стирки).

А уж брэкеты здесь – у каждого второго, потому что стыдно ходить с кривыми зубами, а не с брэкетами. Еще удивлял «женсовет», который часами зависал в курилке. Даже не удивлял, а вызывал недоброжелательную зависть, потому что здесь, если тебя взяли на работу, начальники-капиталисты выжмут из тебя пот за каждый уплаченный цент.

В целом, смотреть было не очень интересно, и я начала засыпать под мерное бормотание компьютера, но вскоре проснулась, и даже пододвинулась поближе к монитору, чтобы лучше было видно. А посмотреть там было на что…

В кадре появился и остался сам наследный принц, то есть наследный президент компании «Зималетто», принц по совместительству.

Ах, эта магия денег! Этот аромат крупных купюр и престижных кредитных карт, который Жданов-младший распространял вокруг себя, как запах дорогого одеколона! Ах, как красивы были эти ухоженные мужские руки, небрежно лежащие на руле дорогого автомобиля (и сиденья наверняка с подогревом, завистливо подумала я, и не нужно делать глубокий вдох и резкий выдох, как перед прыжком в холодную воду или ста граммами без закуски, когда садишься в настывший салон холодным зимним утром)  Сама я ездила на раздолбанной «Тойоте Королле» такого возраста, что спрашивать о ее годе рождения было верхом бестактности – как-никак дама.

А небрежная элегантность костюма и тонкая ткань рубашек! А черное пальто – в тон машине, и обувь, качественная обувь, в которой прогуливаться бы сейчас по Рю-де-Сен, а не по снежно-соленым-пропесоченным московским улицам у какого-то видавшего виды подъезда, где обитала Золушка Валерьевна Пушкарева.

Словом, Жданов был хорош. Я просто любовалась им, как любовалась дважды в неделю чистопородным арабским жеребцом во время уроков верховой езды – издали, конечно. Издали…Меня бы не подпустили к этому черному дьяволу (я имею в виду жеребца), да я и сама бы близко к нему не подошла, так как мне еще все-таки дорога моя жизнь. Но он был восхитителен (я имею в виду Жданова) – та же пластика (скорее, танцор, чем атлет)  то же неосознанное королевское высокомерие... Был ли он красив? Сразу и не поймешь, то ли был, то ли на него работал антураж. Но был Андрей Палыч определенно высок, темноволос и неплохо сложен. Глаз его я не разглядела за стеклами очков в модной оправе.

Его вид доставлял мне чисто эстетическое удовольствие. Этакий давно забытый мной тип русского бизнесмена, даже не бизнесмена, а человека с деньгами, который их не скрывает, любит чувствовать их ауру. А то здесь ведь как – топает по берегу океана какой-нибудь миллиардер в поношенных кроссовках…И плевал он на свой имидж, потому что ему удобно именно в этих кроссовках. А если кому не нравится, то пусть не смотрит, его личное дело.

А Жданов….не-ет, представить Жданова в стоптанных кроссовках у меня не получилось, и тут серия закончилась, и я наконец-то проваливалась медленно, как в мягкую вату, в теплый сон, и охватывали меня белые хлопья – снился снегопад и Москва, и красно-белый канадский флаг, который трепыхался на ветру в Староконюшенном переулке, подавая какие-то сигналы молчаливой от холода очереди у посольства.

Отредактировано Мурзик (26.08.2013 16:29)

+1

24

Интересно :yep:  :cool:
Мурзик, выкладывай дальше :flag:

0

25

Мурзик,ты даже представить не можешь,как мне было интересно читать и про житьё-бытьё в Ванкувере,а тут ещё пошла волнующая меня тема "история любви ..к НРК" , я всех просто умоляю рассказать свою историю (у нас в разделе "обсуждение серий"есть такая тема) и только я в предвкушении начала читать про знакомство с НРК,как бац рассказ кончился. Требую продолжение "банкета".Мурзик у тебя "лёгкое перо",поэтому легко читается а ещё и интересно. Жду продолжения и новых рассказов. Спасибо!

Отредактировано Омуль (26.08.2013 19:25)

0

26

Мариночка, спасибо за поддержку!  Буду постепенно выкладывать.

Людочка, я пока на форуме как глупый котенок, и как найду тему про любовь к НРК, с удовольствием напишу! Но дело в том. что герой "апельсина" и автор - не одно и то же :) Я живу сейчас в России, а с Ванкувером просто многое связано. В любом случае, надеюсь, что понравится форумчанам, а также надеюсь на стимулирующий пинок, который позволит дописать этот фик, потому что пока он не закончен. Для себя одной вроде как лень, а кроме НРКманов, больше никто не понимает, о чем речь  :D

0

27

Х Х Х

Приближалось Рождество. Ванкувер, особенно красивый в это время года, одевал свои улицы в разноцветные лампочки. Светящимися гирляндами украшали дома, деревья, изгороди, а в садах и на газонах расставляли проволочные фигурки животных, которые потом тоже обматывали гирляндами. И вечерами замирали, плыли в полумраке настороженные олени, сотканные из света сотен маленьких огоньков.

Рождественская суета, как всегда, оставляла на губах странный горьковато-сладкий привкус. Сладкий – от горячего шоколада, улыбок, рождественских распродаж. Горький - от необходимости ( или желания?) подвести какие-то итоги, как черту под уходящим годом.

Снега не было. Правда, мы с Арминдой несколько раз выезжали на уикенд в горы кататься на сноубордах. Он катался, я в основном смотрела. Увы, моя спортивная подготовка не позволяла мне даже думать о соревновании с этим отличным образчиком молодой здоровой плоти, выросшим на спортплощадках Ванкувера.

Арминда был старше меня на пару лет. Его отец переехал сюда из Португалии, мать – из Польши, сам Арминда был стопроцентным канадцем – спокойным, улыбчивым, беспроблемным и спортивным. Мы познакомились в университете. Он был моим бой-френдом; это означало, что мы, как правило, вместе являлись на вечеринки и время от времени занимались сексом. Ничего личного, просто здоровое влечение молодых половозрелых существ. На Рождество я подарю ему новые велосипедные перчатки и шлем.

Последняя неделя перед праздниками слилась в суматошную полосу из приобретения и упаковки подарков, закупки продуктов и грандиозной уборки – в этом году на Рождественские каникулы должны были прилететь из России мои родители. Попутно нужно было решить накопившиеся дела на факультете. Чтобы расслабиться, я скачивала из сети очередные серии этого российского сериала и смотрела за ужином – все лучше, чем эти дурацкие бесконечные шоу американского образца.

Наконец наступил вечер, когда я закончила все дела на этот, отсчитывающий последние дни, год. Вещи удивленно размещались на своих местах (никаких разбросанных кистей, красок и набросков на обрывках салфеток!) Упаковки напитков для вечеринки выстроились под барной стойкой. У стеллажа с книгами стояла искусственная елка.

Повесив на колючую пластмассовую ветку последнюю игрушку, я с ногами забралась на диван и стала смотреть в окно на ночной город, который переливался огнями, как разноцветными каплями, где-то далеко внизу. Мысли были ни о чем, они всплывали обрывками и тут же исчезали. Вспомнив, что не рисовала уже несколько дней, я потянулась к стеллажу, достала несколько листов бумаги для эскизов и карандаши.

Я знала, что работать сегодня не получится, настроение не подходило для грандиозных свершений, но решила сделать несколько набросков, чтобы не терять формы. Да и такое бездумное рисование было для меня лучшим отдыхом. Когда не ставишь себе конкретной цели, а наслаждаешься самим процессом, иногда удаются совершенно фантастические вещи. Прикрыв глаза, я попыталась поймать в пронизанном неведомыми токами эфире что-то, похожее на вдохновение. Рука двинулась по бумаге, осторожно прокладывая первые линии…

Я пришла в себя, когда рисунок был закончен.

С удивлением я скользила взглядом по бумаге, рассматривая то, что у меня получилось. Конечно, мне и раньше приходилось ловить себя на том, что я бессознательно рисую какие-нибудь цветочки или орнаменты, когда мне случается глубоко задуматься, но сейчас передо мной лежал законченный рисунок. Я посмотрела на мобильник – прошло больше двух часов.

На листе бумаги была изображена комната, точнее – кабинет, судя по просторному офисному столу с монитором. За столом сидел мужчина, держа в руках какой-то документ – можно было даже разобрать стандартную «шапку» делового письма. Я изобразила сцену из сериала «Не родись красивой» и не знала, смеяться этому или плакать.

Боже! Я стала любить сериалы. Расценив это, как признаки надвигающейся старости, я слезла с дивана, подошла к окну и достала сигареты. Вид города в огнях, капли воды, звонко падающие из неплотно закрученного крана, вернули мне чувство реальности. Поставив рисунок на мольберт, я стала внимательно его рассматривать.

Техника мне, пожалуй, удалась, как никогда. Тщательно прорисованные мелкие детали давали ощущение полной правдоподобности. Эти мелкие детали, которые я ненавидела. на которые никогда не оставалось времени в погоне за ускользающим нечто, которое нужно было успеть перенести стекающей краской или рассыпающимся грифелем на твердую основу! Но сейчас мои преподаватели могли бы, нет, просто обязаны были мной гордиться. Казалось, протяни руку – она пройдет сквозь плоскость бумажного листа, и можно будет потрогать фигурку льва, стоящую на столе.

А руки нарисованного персонажа…Предыдущие сотни, нет, тысячи нарисованных мною рук, наконец, дали результат. Ладони естественно-небрежно опирались о стол, придерживая лист бумаги, Запястье охватывал ремешок часов. Радуясь тому, что мне удалось безошибочно соблюсти пропорции тела, я скользнула взглядом выше, к плечу, где неглубокими складками наморщился пиджак. Расстегнутая рубашка оставляла открытой шею – ну да, правильно, при мне Андрей Палыч ни разу не появлялся в галстуке, очевидно, не любил формализм в одежде, или так теперь модно?

Мой  взгляд добрался до его лица и замер где-то в районе подбородка с проступавшей темным тоном, но еще не колкой на вид щетиной. Я медлила. Портреты всегда были для меня самым сложным видом работы. Один неверный штрих мог разрушить с трудом достигнутое сходство или уничтожить вдруг проглянувшую в чертах лица внутреннюю суть. Поэтому я застыла около ямочки на подбородке, не решаясь поднять взгляд и вынести себе приговор.

Губы его плотно сжаты, но не напряжены…Прямой нос, который на менее мужественном лице смотрелся бы слишком крупным…Под глазами залегли тени – ну, понятно, горит на производстве…Я подняла глаза и встретилась с его взглядом…

Время остановилось, повисло в пустоте,  не было в мире ничего, кроме этих глаз, в которых и был весь мир, все мои мечты и желания, и солнечный свет, и запах травы в первый день летних каникул, и лунная дорожка, раскатанная по ночному морю…И понимал этот взгляд все мои беды и печали, чувствовал мою боль и радость, и все было так…странно, что сердце тоже замерло от изумления и застыло в этом остановившемся времени.

Медленно повернулось какое-то невидимое колесо, и время потекло снова, Земля продолжила свое вращение, и от этого немного закружилась голова. Я присела на диван, пытаясь избавиться от наваждения, а рисунок остался стоять на мольберте. Он и правда был хорош, и как всегда, когда мне удавалось написать что-либо стОящее, меня охватило чувство непричастности к своей работе. Это сложно объяснить…Ну, как будто я знала, что это пришло через меня, но не от меня, и поэтому, когда такие работы имели успех, я чувствовала себя сконфуженной, будто принимала похвалы за что-то, принадлежащее совсем не мне.

Заснуть в ту ночь мне так и не удалось. В тысячный раз переворачивая и взбивая подушку, я возвращалась взглядом к смутно видимому в полумраке комнаты рисунку, который остался стоять на мольберте. При таком освещении он выглядел иначе, но все равно был великолепен. Со странным чувством я смотрела на него, узнавая свой почерк в этих линиях, и все же не веря, что это вышло из-под моей руки, и кляла себя за то, что не взялась сегодня за что-то серьезное, не предугадала внезапно нахлынувший порыв вдохновения. Страх, что я не смогу повторить происшедшее, ознобом скользнул по спине. Я встала и, закутавшись в одеяло, подошла к мольберту, пытаясь вспомнить, как получилась у меня безупречность линий и штрихов, неуместная в этой иллюстрации к телесериалу.

0

28

Мурзик, просто невероятное что-то по открытости, врожденной интеллигентности пера. Воздействие на меня, как от  Улицкой, но новое у нее давно не читала. Ясно, что вы талант ! Пишите, пожалуйста !
А вы правда,художник ? У нас есть раздел-"Наше творчество !".Покажите свои картины, пожалуйста !

0

29

Мурзик написал(а):

также надеюсь на стимулирующий пинок, который позволит дописать этот фик, потому что пока он не закончен.

  Мурзик,вот что я тебе могу пообещать так это "пинки",потому что я  известная зануда,спроси у администратора (Лена),и если привяжусь,то не отстану,хоть стреляй :D Итак, жду продолжения.
Кстати,а в каком месяце ты родилась и какого числ7

Отредактировано Омуль (26.08.2013 22:55)

0

30

Мурзик, отличные рассказы, спасибо!

Елена, спасибо, что выложила "Ведьму"!

Чуть-чуть на тему "как одеваются в Канаде и не только":

http://www.foru.ru/slovo.19623.1.html

0


Вы здесь » Кружок по интересам » Фан-фики » Фанфики Мурзика